— Адрес?

— Шестой Индустриальный проезд, три, квартира тридцать четыре.

— Место работы?

— Временно не работаю, все никак устроиться не могу. Специальности нет, а без специальности — сами знаете. — Димка улыбнулся майору. Зачем зря раздражать мента, может, вообще и обойдется, им и предъявить мне нечего.

— Знаю, — легко согласился майор. — Со специальностью у вас действительно дело обстоит неважно, если не считать торговлю наркотическими средствами за профессию…

— Гражданин начальник, да я сроду…

— Понимаю, понимаю. Но оставим пока вашу профессию и род занятий. Когда вас нашли наши сотрудники, вы были без сознания от удара чем-то тяжелым по голове. Вы помните, кто вас так отделал?

«Сказать или придуриться», — пронеслось в голове у Димки. Лучше сказать, Олега-то бояться ему было нечего. Одно настораживало: на «вы» мент обращается. Не к добру…

— Помню, конечно. Знакомый мой, Олег, Олег… как же его фамилия, кажется, Юшков. Да, точно Юшков. Программист он, а где работает, ей-богу не знаю.

— И что же заставило его так отделать вас, что восемь швов пришлось накладывать на вашу бедную головку?

— Поссорились. Даже и не помню, с чего началось, знаете, как это бывает, слово за слово… Он вообще-то парень бешеный, мне бы помнить о его характере…

— Значит, слово за слово, потом в какой-то момент ваш приятель выхватывает пистолет Макарова, да еще зачем-то с глушителем, и бац вас по голове. Так я понимаю?

— Так, так, — торопливо закивал Димка.

— А почему он надел на вас наручники и приковал к батарее отопления?

— Я не знаю, — пожал плечами Димка, — наверное, боялся, что я быстро оклемаюсь и вызову милицию.

— Я смотрю, предусмотрительный парень ваш программист. И пистолет носит с собой, и наручники. Всегда он такой запасливый?

— Не знаю… да нет, раньше я как-то не замечал…

— Скажите, Дмитрий Иванович, а почему он оставил около вас свой пистолет, да еще с вашими отпечатками пальцев?

— Ну, наверное, замести следы. Как будто он ни при чем.

— Понимаю, Дмитрий Иванович. Скажите, а кому принадлежит дача, где вы так весело проводили время?

«Шутит мент», — подумал Димка. Это хорошо. Сказать, что Вовану? Все равно ведь узнают, это не фокус. Лучше скажу.

— Приятелю нашему общему.

— Фамилия, имя, отчество?

— Пьяных Вован, то есть, простите, Владимир… Даже и не знаю его отчества. Кореш он мой, Вован да Вован, какое там отчество…

— А Вован ваш где работает?

— По-моему, тоже все ищет работу.

— А как вы приехали на дачу вашего безработного друга?

— На его машине.

— «Мерседес Е-220», если не ошибаюсь?

— Д-да, я знаете, в машинах плохо разбираюсь.

— Скажите, а вот семьдесят пять грамм героина, которые мы нашли в «мерседесе», тоже принадлежат Вовану?

Димка почувствовал, как сердце его сжалось в холодный тяжелый комок и провалилось куда-то в живот. Ничего не поделаешь, придется сдавать Вованчика. Тут уж не до шуток. Тем более Вован при случае не только бы его, Димку, продал с потрохами, он бы мать охотно сдал. Тут уж каждый играет за себя.

— Не знаю. Наверное. Он мне такие вещи не рассказывал.

— Допустим.