|
– Вы предлагаете бежать? – Вам стоит сменить одежду и тайно скрыться. – Я королева Франции и никогда не покажусь смешной! – гордо ответила королева… *** Молодой граф де Корнель проверил свои пистолеты. Рядом с ним маркиз Д'Азир надевал лёгкую кольчугу под свою рубаху. – Думаете, это вас может спасти? – с усмешкой спросил граф. – Не знаю, – проговорил маркиз побелевшими губами. Сейчас молодой Д'Азир проклинал себя за то, что не согласился тогда уехать вслед за своим отцом герцогом. Теперь он был бы в безопасности. Но тогда, в 1790 году, все казалось иным, и он желал показать себя настоящим героем, достойным славы его предков. – В Париже восстание, – спокойно сказал граф. – Топы движутся к Тюильри со всех сторон. Город жаждет нашей крови. – Но неужели нет надежды? – спросил Д'Азир. – Есть. Ваше счастье, маркиз, если вы умрёте быстро. Де Корнель проверил, хорошо ли его шпага выходит из ножен. Д'Азир застегнул рубаху и стал натягивать чёрный камзол дрожащими руками. – А если бежать? – спросил он. – Ведь ещё не поздно. – Бросить короля и королеву? Д'Азир понял, что подобное для него невозможно. Тогда от него отвернутся все. Отец и мать откажутся признавать его своим сыном. – Вы дали клятву, маркиз. И пришло время её исполнить. – Господа! К молодым людям присоединился высокого роста мужчина в таком же чёрном камзоле «рыцаря кинжала». Это был граф де Линь. – Господа! Вы должны стать у покоев королевы! – Как прикажете, граф! – Ваша задача до последнего защищать её величество! Остальные, кроме караула у покоев короля и принцев, идут к швейцарцам. – Мятежники войдут во дворец? – спросил Д'Азир. – Нам неоткуда ждать помощи, маркиз! И, боюсь, что это наша последняя битва! Граф де Корнель проговорил: – Нас несколько сотен, а против нас весь Париж! Де Линь развернулся и ушёл. Больше ему нечего было сказать молодым дворянам. Вдалеке послышались мушкетные выстрелы. Затем ударила пушка. – Началось, – побелевшими губами проговорил маркиз. – Ещё нет, – ответил де Корнель. – Стреляют далеко… 2 10 августа. 1792 года. Париж. Штурм Тюильри. Андре Фурье возглавил отряд из сотни федератов. Все они были вооружены ружьями. Мишо доверил ему командование, назначив на пост капитана национальной гвардии секции Сент-Антуан… *** Фурье, когда одевал на себя новый синий мундир с красными отворотами, вдруг вспомнил высокие деревья в диком лесу. И он прятался за ними с мушкетом в руке и выслеживал краснокожих. Андре ясно видел, как они передвигались, и помнил, как он прицелился в первого. Затем выстрелил, и другие охотники также стали валить дикарей из засады. Это могло бы показать странным. Откуда в голове у Дарнея эти воспоминания? Ведь англичанин Артур Дарней никогда не был в Америке. Но Фурье больше не помнил прошлого Дарнея. В его голове теснились воспоминания Андре Фурье, который сражался с краснокожими дикарями в Америке… *** Солдаты секции Сент-Антуан подошли к Тюильри. Первые залпы уже прозвучали. Швейцарцы Годо стреляли по толпе. Упали первые мертвые и раненные. Послышались крики и стоны. Федераты Фурье закричали: – Они стреляют в народ! – Смерть им! – Нужно ответить им пулями! – Все это приказ проклятой австрияки! – Долой мадам Вето! – Смерть швейцарцам! И началась беспорядочная ответная стрельба. |
