Сомнительного, впрочем, характера с точки зрения общепринятой морали.

Через какую то минуту, легко опрокинув последний бастион холодности, мы, представившись друг другу, уже весело болтали, вращаясь на орбите эстрадно театральных тем.

Нам вторил радостный щебет невидимых в ветвях деревьев беззаботных пичуг, мудро напоминая, что жить нужно только настоящим мгновением, не ломая напрасно голову о вчерашнем и завтрашнем дне.

Со стороны озера потянуло прохладой. Затупившиеся за день солнечные стрелы были уже не в силах справиться с ней.

Вика зябко передернула плечиками.

– Уральская погода тоже блещет остроумием, – сказала девушка, тем в ненавязчивой форме по достоинству оценив мои способности. – В первой половине дня жара, а во второй хоть свитер натягивай. Вы, Женя, наверное, столь же легкомысленны и непостоянны?

– Я не повеса, – заверил я и, не утерпев, соврал: – К тому же однолюб.

– Это в том смысле, что одновременно у вас двух любовниц не бывает? – В лучистых глазах Вики прыгали насмешливые бесенята.

– Ваш юмор усыпан шипами, – улыбнулся я. – Шуточки, по ходу, на муже оттачиваете? Угадал?

– И совсем нет. – На лицо собеседницы отчего то набежала легкая тень. – Знобит... Пойду, пожалуй, к себе в номер. Провожать меня совершенно излишне.

– Когда буду иметь счастье... – начал я.

– Завтра. В это время я обычно здесь, – не слишком тактично прервала блондинка. – Так что если возникнет сильное желание продолжить беседу...

Вика легко поднялась и покинула меня, даже не оглянувшись.

На шезлонге осталась сиротливо лежать забытая книжечка лирических стихов.

Сунув ее в карман, отправился восвояси, размышляя, что так внезапно испортило моей новой знакомой настроение.

2

Многоголосый петушиный крик, на все лады приветствовавший приход нового летнего дня, заставил меня недовольно открыть глаза. За окном только только начинало светать. В серой дымке проступал близкий лес, по земле стлался сиреневый туман, скапливаясь в оврагах и низинах.

Жаль, что я не любитель рыбалки – наверняка сейчас на озере самая поклевка в разгаре.

Спать больше не хотелось. Облачившись в спортивный шведский костюм, собрался было совершить личный подвиг – заняться физзарядкой, а может, даже пробежаться вокруг избушки, но тут же передумал, успокоив свою совесть мыслью, что тренировать интеллект не менее важно, чем тело.

Открыл стихотворный сборник Тома и попытался разобраться, чем эти вирши подкупили Вику.

Ты от меня все дальше... но упрека,

Что отпустил легко – не потерплю!

Не знаю горше этого урока –

Хоту проснуться, но все сплю и сплю...

Захлопнул книжку и закурил «родопину». Бесполезно. В стихах я полнейший профан. Что в этом может нравиться молодой обаятельной женщине – неразрешимая загадка. Вряд ли рифма. «Урока упрека» к литературным находкам скорее всего отношения не имеет ни малейшего.

Выудив из кожаного «дипломата» толстую амбарную тетрадь, тоже попробовал заняться сочинительством, но творчество не клеилось, и я бросил это дохлое дело до лучших времен.

Мои мысли, а вернее помыслы, были направлены на идею активного продолжения знакомства с красивой обитательницей «Теремка». С дальнейшим логичным перерастанием прозаическо товарищеских отношений в любовно постельный роман.

Необузданное буйное воображение услужливо нахально рисовало мне такие красочные иллюстрации к потенциальному роману, что я вынужден был сунуть голову под рукомойник, чтобы приструнить не в меру разыгравшуюся фантазию холодной водицей. Заодно умылся и почистил зубы.