Душ Шарко на нормальный душ совсем не походил. Бьющая толстой струей установка больше смахивала на станковый пулемет, чем на медицинский агрегат. Вода била по телу весьма ощутимо-мощно. Как потом выяснилось, напор струи составлял около трех атмосфер. Во время "расстрельной" процедуры я был нагишом, но ни малейшей неловкости не испытывал, так как управляла водометом сильно пожилая медсестра, давно потерявшая к мужским интимным причиндалам живой женский интерес.

После обеда я вернулся в номер и попробовал продолжить начатую еще в Екатеринбурге повесть "Альбатрос" о моем почти безоблачном детстве, но литературное творчество никак не клеилось. Ну, тут "ларчик" просто открывался — во время пищеварения желудку требуется целая масса крови, и та в голову поступает уже скупо. А для действенного мыслительного процесса нужно интенсивное омывание мозгов кровью. Вспомнив данный медицинский факт, я забросил тетрадь с рукописью в шкаф до лучших времен и отправился на прогулку.

Одесса — роскошный городишко. В смысле большого наличия всяческих зеленых насаждений. Дома в основном из белого силикатного кирпича, многие стены симпатично увиты плющом и разными другими ползучими растениями с розовыми и фиолетово-оранжевыми цветочками.

А в социально-бытовом плане город-герой сильно смахивает на родной Екатеринбург — так же много на улицах проституток и милицейских патрулей — куда ни плюнь.

Для поднятия своего образовательного уровня, да и просто из понятного любопытства, я поинтересовался здешними ценами на сексуальные услуги. Выяснилось, что стоимость местных путанок практически не разнится от уральских — в среднем сто гривен за час, что соответствует трехстам российским рублям. Хотя бы в этом вопросе СНГ живет и развивается в едином экономическом пространстве, надо с удовлетворением отметить.

Все остальные цены сильно отличались от наших в сторону увеличения. К примеру, книги стоят в два-три раза дороже аналогичных российских изданий, а солнцезащитные очки, которые я, не удержавшись, приобрел, имели ценник аж в двести гривен — семьдесят долларов, то бишь. Правда, они германского производства фирмы "Лидер" и смотрятся совсем неплохо, даже эффектно, можно вполне смело констатировать.

В этот день пришлось не только на очки поиздержаться. Прогуливаясь по тенистым улочкам без всякой определенной цели, случайно вышел на Ромашковую. Окраинная тихая улочка, так называемого частного сектора, правда, никаких ромашек в близлежащих окрестностях не наблюдалось. Зато тут в изобилии росли благородные пирамидальные тополя и экзотические кипарисы. А за сетчатыми проволочными палисадниками радовали глаз плодовые деревья и густые навесы из виноградных лоз.

Мой блуждающий взгляд зацепился за белый тетрадный листок на одной из калиток. На нем старательно-аккуратно печатными буквами сообщалось, что здесь сдается внаем комната с кухней и гамак. Я моментально припомнил, что не за горами приезд Цыпы, и соратника необходимо как-то пристроить на несколько дней. Не станем же мы с ним ютиться в моем крохотном "люксе". Да и по правилам санатория, скорее всего, это строжайше запрещено. А всякие законы, инструкции и правила всегда нужно свято-неукоснительно выполнять. Если, понятно, они нахально не мешают личному комфортному существованию. Такое мое железное кредо. Жизненный принцип, то бишь.

Короче, снял я жилье для Цыпленка у домовладельца-хапуги, который содрал с меня плату за неделю вперед, козел. Ну да ладно, не в деньгах счастье, а в их постоянном солидном наличии. От меня не убудет, в натуре. Зато комната с кухней оказались целым флигелем — бревенчатым одноэтажным домиком, спрятавшимся в глубине сада в гордом отдалении от помпезного кирпичного особняка хозяина.

Обратный путь до санатория я совершил с глубоким приятным чувством выполненного долга, бодро вышагивая сандалетами по плавившемуся на солнце асфальту и свысока взирая на окружающий мир сквозь свои замечательные импортные очки.