— Они смотрели на крупную взятку, что он притаранил им в зубах! — ухмыльнулся Цыпа. Мысленно я с ним тут же согласился — иного правдоподобного объяснения этому невероятному факту просто быть не могло.

— Может, Евген, тут прямо его и кончим? — высказал ценное рацпредложение телохранитель. — Из его же шпалера. Стопроцентным самоубийством выглядеть будет. Чего с гадом канителиться?

— Не пори горячку, браток, — забраковал я неплохую, в общем-то, мысль соратника. — Во-первых, не стоит Тенгизу неприятность доставлять, а во-вторых, у нашего опера день рождения не за горами. Надо приличный презентик ему подбанчить, как и пристало культурным людям.

Ладушки! Идея уже созрела, пора за настоящее дело приниматься. Уходим!

Прихватив со стола табельное оружие коллеги, я пошел к двери. Цыпа, разочарованно потоптавшись чуток у тела почему-то все еще живого врага, тяжко вздохнул и неохотно последовал за мною.

Заперев номер на ключ, мы спустились на первый этаж в холл. Портье все так же делал вид, что в упор нас не видит. Но я не стал выговаривать ему за наглую неучтивость — в настоящий момент его "слепота" была нам в тему. На руку, то бишь.

Оказавшись на автостоянке, направился к "Волге" с ребятами. Те дисциплинированно вышли мне навстречу, покинув свои насиженные места.

— Все при козырях? — спросил я, с неподдельным интересом разглядывая четыре, явно побитые жизнью, рожи наемников. Практически у всех имелись на "фото" следы шрамов и ранних морщин.

— Само собой, Евген! — ответил за ребят подошедший сзади Цыпа. — И глушители у каждого в наличии, как и положено нормальным людям.

— Ладушки! Сейчас нам предстоит непростое дельце: налет на берлогу Барона. Знаете такого?

— Конечно, Монах! — осклабился чернявенький водитель "волжанки". — Два дня за его фатерой пасли, как шестерки какие-то!

— Значит, так: ты, видать сразу, мужик бывалый и крутой, — доброжелательно подмигнул я водиле. — Войдешь в дом первым. Тем более, что на цыгана немного смахиваешь. Позвонишь в дверь, и как только ее откроют, шмаляй на поражение всех подряд. Главная твоя задача — не дать захлопнуть двери, а то мы с нею намаемся. Сильно не переживай, подмога подскочит моментально. Справишься, братишка?

— Тогда тройной гонорар! — децал поразмыслив, откликнулся алчный "цыган". — Риск больно велик.

— Твоя правда! — кивнул я и, не удержавшись, усмехнулся. — Риск, ясно, весьма весомый — три к одному, что тебя ухлопать успеют. Но за гонорар, браток, не беспокойся — мы, как и положено, разделим его по-братски… Все! Рвем когти к Барону!

День уже давно перешагнул за свою половину. Солнце, отвисев положенный срок над Уралом, начинало потихоньку откидываться на запад.

Цыпа сосредоточенно крутил баранку, видно, думая о чем-то постороннем. Я решил вернуть его мысли из далекого далека — расслабляться перед серьезным делом хуже нет.

— Значит, так и не обнаружил канал поступления порошка к Барону?

— Нет, — сокрушенно вздохнул молодой соратник. — Наблюдение за домом ничего не дало. Ни одного курьера не засекли. По ходу, Барон берет наркоту редко, но сразу очень крупными партиями. Месяц, а то и два следить пришлось бы. Столько времени, как понял, он нам дарить не намерен.

— Да уж, щедрым Барона никак не назовешь. Умным, кстати, тоже. А про нашего Химика ничего не слыхать?

— Полная тишина.