|
Но девок всего пришло только три, да и Марьи еще не было. Да и сам он не знал, как ему распорядиться и зачем он выбежал: велел только достать из ящика гостинцев, леденцов и тягушек и оделить девок. - "Да Андрею водки, водки Андрею! - приказал он на-скоро, - я обидел Андрея!" Тут его вдруг тронул за плечо прибежавший вслед за ним Максимов. - Дайте мне пять рублей, - прошептал он Мите, - я бы тоже в банчик рискнул, хи-хи! - Прекрасно, великолепно! Берите десять, вот! - Он вытащил опять все кредитки из кармана и отыскал десять рублей. - А проиграешь, еще приходи, еще приходи... - Хорошо-с, - радостно прошептал Максимов и побежал в Залу. Воротился тотчас и Митя и извинился, что заставил ждать себя. Паны уже уселись и распечатали игру. Смотрели же гораздо приветливее, почти ласково. Пан на диване закурил новую трубку и приготовился метать; в лице его изобразилась даже некая торжественность. - На мейсца, панове! - провозгласил пан Врублевский. - Нет, я не стану больше играть, - отозвался Калганов, - я давеча уж им проиграл пятьдесят рублей. - Пан был нещенсливый, пан может быть опять щенсливым, - заметил в его сторону пан на диване. - Сколько в банке? Ответный? - горячился Митя. - Слухам, пане, может сто, може двесьце, сколько ставить будешь. - Миллион! - захохотал Митя. - Пан капитан может слышал про пана Подвысоцкего? - Какого Подвысоцкого ? - В Варшаве банк ответный ставит кто идет. Приходит Подвысоцкий, видит тысёнц злотых, ставит: вба-банк. Ббнкер муви: "пане Подвысоцки, ставишь злото, чи на гунор?" - На гунор, пане, муви Подвысоцки. - "Тем лепей, пане". Ббнкер мечет талью, Подвысоцкий берет тысёнц злотых. - "Почекай, пане", муви ббнкер, вынул ящик и дает миллион: "бери, пане, ото есть твой рахунек" (вот твой счет)! Банк был миллионным. - Я не знал того, - муви Подвысоцкий. - "Пане Подвысоцки, - муви ббнкер, - ты ставилэсь на гунор, и мы на гунор". Подвысоцкий взял миллион. - Это не правда, - сказал Калганов. - Пане Калганов, в шляхетной компании так мувиць не пржистои (в порядочном обществе так не говорят). - Так и отдаст тебе польский игрок миллион! - воскликнул Митя, но тотчас спохватился: - Прости, пане, виновен, вновь виновен, отдаст, отдаст миллион, на гунор, на польску честь! Видишь, как я говорю по-польски, ха-ха! Вот ставлю десять рублей, идет - валет. - А я рублик на дамочку, на червонную, на хорошенькую. на паненочку, хи-хи! - прохихикал Максимов, выдвинув свою даму, и как бы желая скрыть от всех, придвинулся вплоть к столу и наскоро перекрестился под столом. Митя выиграл. Выиграл и рублик. - Угол! - крикнул Митя. - А я опять рублик, я семпелечком, я маленьким, маленьким семпелечком, - блаженно бормотал Максимов в страшной радости, что выиграл рублик. - Бита! - крикнул Митя. - Семерку на пе. Убили и на пе. - Перестаньте, - сказал вдруг Калганов. - На пе, на пе, - удваивал ставки Митя, и что ни ставил на пе - всё убивалось. А рублики выигрывали. - На пе, - рявкнул в ярости Митя. - Двесьце проиграл, пане. Еще ставишь двесьце? - осведомился пан на диване. - Как, двести уж проиграл? Так еще двести! Все двести на пе! - И выхватив из кармана деньги, Митя бросил было двести рублей на даму, как вдруг Калганов накрыл ее рукой: - Довольно! - крикнул он своим звонким голосом. |
