Крису завязали глаза и поставили на колени на асфальт. Ему наклонили голову вперед, и он решил: «Ну вот, сейчас меня прикончат». Он был страшно зол на себя за то, что попался в ловушку.

Крис простоял так несколько секунд. Затем его рывком подняли на ноги и запихнули назад в одну из машин. Должно быть, крепыши просто решили немного повеселиться. Они ехали еще часа два, затем Крис увидел большой дорожный указатель со стрелкой, под которой было написано слово «Багдад».

Один из крепышей в темных очках сказал:

— Да, мы едем в Багдад. Ты военнопленный. Мы иракцы.

Клонящееся к закату солнце было прямо впереди. У Криса к этому времени в голове все так перепуталось, что он не мог сообразить, с какой стороны заходит солнце — на востоке или на западе. Затем он вспомнил свое детство в Тайне, то, как он по утрам наблюдал на восходом солнца, которое поднималось над морем. «Если солнце восходит на востоке, — рассудил Крис, — значит, мы сейчас едем на запад».

Он укрепился в этой мысли, когда стали все чаще и чаще попадаться дорожные указатели с названием «Дамаск». В пригород сирийской столицы они въехали, когда уже совсем стемнело. Крепыши выбросили сигареты и стали поправлять галстуки. «Мерседесы» подъехали еще к одной машине. Оттуда вышел мужчина. Он подсел в ту машину, где сидел Крис, рядом с водителем. Средних лет, одетый с иголочки, мужчина безукоризненно говорил по-английски.

— С вами все в порядке? — спросил он.

— Да, благодарю вас, все хорошо.

— Отлично. Не беспокойтесь, теперь осталось уже совсем недолго.

Крису было очевидно, что двое крепышей, сидевших в машине, только что чуть не наложили в штаны от страха перед этим человеком. Когда машина остановилась, они поспешно выскочили из машины, открывая перед ним дверь. Крис тоже попытался выйти, но упал на колени. Ноги больше его не слушались. Мужчина щелкнул пальцами, и Криса занесли в здание на руках.

Его проводили в просторный кабинет, хозяин которого был в темно-синем пиджаке, полосатой рубашке и галстуке. Мужчина поздоровался с ним за руку и что-то сказал.

— Добро пожаловать, — перевел переводчик.

В этом кабинете все было по высшему разряду: отделанная тиком мебель из «Херродса», на стене «АК-47» с золотыми табличками и все такое. Крис рассудил, что его привели в центральное управление тайной полиции.

Большой начальник через переводчика спросил у Криса, не хочет ли тот принять ванну. Крис кивнул, и его провели в соседнее помещение, которое оказалось спальней, объединенной с ванной комнатой и тренажерным залом. Начальник вставил в бритвенный станок новое лезвие, развернул свежий кусок мыла и бутылочку с шампунем и поставил все это в ванну, после чего ушел.

Только Крис начал раздеваться, как появился молодой паренек с сантиметром. Он измерил Крису окружность груди, затем снял другие мерки. Крис надеялся, что эти мерки снимают для костюма, а не для гроба.

Как только он опустился в ванну, вода в ней стала черной, так что ему пришлось наполнять ее заново. Появился еще один парень. Он принес Крису чашку кофе. Кофе оказался хорошим. В сердце Криса крепло спокойствие. Если его собираются пустить в расход, вряд ли на него станут тратить хороший кофе.

Вернулся переводчик, который задал несколько вопросов. Крис изложил нашу «легенду». Араб, судя по всему, ему не поверил, однако не стал делать никаких замечаний. Выйдя из ванны, Крис посмотрел на себя в зеркало. Он не мог поверить тому, как сильно похудел. Его бицепсы сжались до размеров запястий. Появился еще один человек с чистой одеждой. Крис испытал фантастическое наслаждение, надев свежие трусы, затем белую рубашку с галстуком, носки, ботинки, и — завершающий удар, перед которым невозможно было устоять, новый с иголочки костюм в полоску, который, по-видимому, сшили за последние полчаса, среди ночи, пока он отмывался в ванне.