– Второй раз сегодня жалуются на вонь вокруг нас, – беззубо улыбнувшись, заметил Пэдди.

– В последний раз! – словно поклялся себе Дэн, провожая злым взглядом Лилли и думая о том, какую заносчивую и властную принцессу она из себя строила и что, будь он ее отцом, он давно отшлепал бы ее.

Лилли шагала по выложенному плиткой коридору в сопровождении Сил. Они поднялись по широкой винтовой лестнице на второй этаж и прошли через длинную галерею, стены которой были украшены мраморными панелями с резными барельефами, изображавшими римских императоров и греческих воинов; выше на темно-зеленом фоне висели писанные маслом картины.

Эти двери внезапно распахнулись, и перед ними оказалась женщина с недовольным лицом.

– Так вот вы где! – сердито воскликнула она. – Я искала вас повсюду.

– Мы только что вернулись с прогулки верхом, мисс Найтингейл, – объяснила Лилли, заискивающе улыбаясь гувернантке. – Мы вам нужны?

Мисс Найтингейл сердито фыркнула, и глаза ее затуманились слезами.

– Вы прекрасно знаете, что вас ожидали уроки. А теперь – взгляните-ка на часы – уже утро кончается.

– Не для меня, мисс Найтингейл, – пропела Лилли и, увернувшись от гувернантки, помчалась по другому, более узкому коридору, в свою комнату. Бросившись на кровать, она заболтала в воздухе ногами и разразилась смехом, вспоминая о том, как Финн О'Киффи, словно дрессированный медведь, плясал по ее команде, а затем убегал от них голышом со всех ног.

– Ты видела его, Сил? – спрашивала она сестру, со смехом прыгнувшую к ней на кровать. – Видела? О, он никогда не простит мне этого. Никогда. Я уверена в этом.

– Простит, – возразила та, с обожанием глядя на сестру. – Тебя всегда все прощают, Лилли.

И он, разумеется, простил. На следующий день она увидела Финна, когда тот помогал брату до блеска надраивать карету.

Они с Сил были в оранжерее, где украдкой поедали виноград, предназначенный для стола. Рты их были вымазаны выдававшим их с головой пурпурным соком, и Лилли пыталась вытереть его подолом своей розовой хлопчатобумажной юбки. Она искоса поглядывала на Финна.

Она думала о том, что у него красивое лицо. Даже очень красивое.

– Не слишком ли плохо мы тогда обошлись с ним, Сил? – прошептала она.

– О да, Лилли, – громко прошептала Сил, – мы поступили с ним очень плохо.

Разгладив юбку, Лилли направилась прямо к Финну. Протянув ему руку, она мягко сказала:

– Мы вчера плохо поступили с тобой, и я хочу извиниться.

Она пристально смотрела на Финна своими сверкающими голубыми глазами, а он, не отрывая от нее своих, думал о том, что его мучительница выглядит как ангел, спустившийся с неба.

– Ну? – нетерпеливо спросила Лилли. – Ты принимаешь мои извинения или нет?

– Да, мисс, – ответил Финн и, вытерев руку об штанину, осторожно взял в свою ее руку. Она показалась ему мягкой, как пух одуванчика, и лицо его засветилось, когда он улыбнулся Лилли.

Она ухмыльнулась и, подавшись вперед, лукаво прошептала:

– Я никому не скажу о вчерашнем. По крайней мере, пека ты будешь делать то, что я тебе скажу.

Финн настороженно отступил, в глазах его мелькнуло подозрение.

– И что же вы имеете в виду?

Лилли преувеличенно печально вздохнула.

– Не нужно бояться…

– Я вас никогда не боялся, – громко возразил он, снова залившись краской, на этот раз от гнева.

– О, ты просто невозможен, Финн О'Киффи.

Лилли топнула ножкой, свирепо взглянув на парня.