– Диллингхем заполнил партер знаменитостями, – сказал он. – Да, кстати, в передних рядах Джекоб с Сашей. Я велел не пускать его за кулисы, пока не кончится представление, о'кей?

Нэд кивнул с несчастным видом. Он наверняка провалится.

Рассыльный выкрикнул «пять минут». Нэд вышел из уборной и встал за кулисами. Он пригладил свои напомаженные белокурые волосы и оправил костюм. Под сдержанные аплодисменты поднялся занавес, и ему каким-то образом удалось заставить себя шагнуть на сцену. В первый момент его ослепили огни рампы, и он с ужасом подумал, что забыл текст. Полный провал памяти. Но откуда-то издалека до него донесся его собственный голос: «Но где же все? Я думал, нас должно быть трое…», и Нэд внезапно понял, что ему уже не нужно стараться вспомнить текст: он стоял перед его глазами. Все пометки об уходе и появлении на сцене, стрелки направления движения по ней всплыли в его сознании, он почувствовал себя свободно.

Публика в нужных местах смеялась репликам Нэда. Когда кончилось первое действие, раздались аплодисменты. Солидные, ободряющие аплодисменты.

Звезды разошлись по своим уборным, ушел к себе и Нэд. Там его ждал Харри.

– Все идет хорошо, старина, – в восторге проговорил он. – Они смеялись так, словно их специально этому учили. А теперь сидят и говорят только о тебе, Нэд.

Второе действие он играл, как во сне, и, когда опустился занавес, театр гремел аплодисментами.

После того как занавес опустился в последний раз, началась посвященная премьере вечеринка в «Дельмонико», и на этот раз, когда он вошел туда, официанты уважительно заулыбались:

– Поздравляем вас, господин Шеридан! Все только и говорят об успехе пьесы.

Бесчисленное количество красивых женщин целовали его в щеку, а важные театральные деятели, чьи имена были известны Нэду до сих пор лишь понаслышке и перед которыми он благоговел, одобрительно посматривали на него, поздравляя с успешным исполнением роли.

Харри прекрасно понимал, что у Нэда был особый талант и его ждало большое будущее, и был полон решимости не позволить Лоури разорить его.

Он столкнулся с Джекобом в баре и жестом попросил официанта принести еще вина.

– Еще немного шампанского, Джекоб? – спросил он.

Де Лоури посмотрел на него с подозрением. Улыбка Харри сбивала его с толку.

– Что ты тут делаешь? – спросил он. – Я не думал, что у тебя хватит духу подойти ко мне после того, как ты так вероломно от меня ушел.

– Поговорим о контрактах, – начал Харри, придвигаясь к нему поближе. Прислонившись плечом к стене, он зажал Джекоба в углу. – Нэд говорит, что он не подписал с вами контракта.

– Нет, но он его подпишет. Он при мне, – Лоури похлопал рукой по карману. – Нэд подпишет его сегодня же. Пустяковое дело, простая формальность.

Он полез в карман за документами, но Харри остановил его руку.

– Не трудитесь показывать, – холодно сказал он. – Нэд понимает, что вы хотите его обчистить. Он более робок, чем я, и согласился отдать вам пятьдесят процентов своего заработка за игру в сегодняшнем спектакле. И после этого вы квиты.

– Ты несешь вздор! – взревел Джекоб. – Разумеется, он подпишет. Я обеспечил этого парня работой, разве нет?

Харри схватил его за лацканы пиджака.

– Разумеется, вы это сделали, Джекоб. А потом сказали, что это будет стоить ему половины денег. Не десять, не пятнадцать, даже не двадцать пять процентов. Вы слишком жадны, Джекоб.