– Сожалею, но вас это не касается, – ответил он, в упор глядя на комиссара.

– Поймите меня правильно: чтобы доверять вашим заявлениям, нам нужно знать, почему вы решили разоблачить Крона.

– Мой доверитель сказал, что вас это не касается.

Почувствовав, что адвокат теряет терпение, Алибер сменил тактику. Сейчас ни к чему на них давить. Хотя и церемониться с этим типом комиссару не хотелось. Но его цель – не прижать подонка, а как можно больше из него вытянуть. К тому же в рамках расследования у них на него ничего нет. Он всего лишь когда-то принадлежал к «Врилу», а это не основание для ареста. Ничего не поделаешь, придется с ним понянчиться.

– Если «Врил» официально не зарегистрирован, как ведутся его административные и финансовые дела? Ни счета в банке, ни юридического адреса…

– Все проходит через головную контору За них можно не беспокоиться, они прекрасно ведут свои дела. Насколько мне известно, «Врил» владеет приличным состоянием.

– Как давно существует братство «Врил» и как оно связано с тем, что существовало в нацистской Германии?

– Как связано? Да это оно и есть… А вы как думаете? Что это всего лишь отголоски? Вроде неотамплиеров и прочей ерунды? Очнитесь. Орден «Врил» никогда не прекращал своего существования. В тридцать седьмом году, когда фюреру, чтобы противостоять иудео-масонскому заговору, пришлось издать декрет, запрещающий тайные общества, головная организация ордена всего лишь незаметно перебралась в Австрию и с тех пор никогда ее не покидала.

То, что месье М. называл Гитлера «фюрером» и употреблял выражение «иудео-масонский заговор», не оставляло сомнений относительно гнусности его убеждений. Комиссара тошнило от необходимости терпеливо выслушивать подобную мразь, но выхода не было.

– Вы утверждаете, что братство «Врил», к которому вы принадлежали, та же организация, которая существовала в нацистской Германии?

– Не понимаю, почему вы называете ее нацистской. «Врил» основан в тысяча девятьсот восемнадцатом году, за год до возникновения НСДРП и национал-социализма. Как бы то ни было, орден, которым руководит Крон, действительно французский филиал братства «Врил», созданного в Берлине в ту эпоху. Он никогда не переставал существовать, если вы об этом.

– Но ведь цели этого общества немного… устарели, не так ли? Я хочу сказать… Вы ведь не станете утверждать, что члены общества до сих пор верны идеологии, существовавшей в то время?

– А почему нет?

Алибер недоверчиво покачал головой:

– То есть вы, например, верите в существование высшей расы?

Раздувшись от самодовольства, месье М. с вызовом взглянул комиссару прямо в глаза:

– Для вас это недостаточно политкорректно?

И на этот раз Алибер постарался взять себя в руки. При других обстоятельствах он бы уже выставил этого типа из кабинета или просто врезал бы ему по роже, но у него еще оставалось много вопросов.

– Значит, вы имеете в виду… как бы это сказать… орден и по сей день посвящает себя изучению арийской расы?

– В частности. Выходит, вы ничего не знаете о «Вриле»?

– Ну, скажем, нам известна история его возникновения, но признаюсь, – сказал комиссар, явно провоцируя собеседника, – мы скорее удивлены тем, что «Врил» по сию пору интересуется идеями, ради которых он был создан.

– И тем не менее так оно и есть! Впрочем, удивляться нечему. После Второй мировой войны вопрос об истоках арийской расы оказался под запретом, но я не вижу, почему бы кому-то не продолжать изыскания в этой области. Братство «Врил» – единственное место, где серьезные ученые могут и сегодня заниматься этим без вмешательства сторонников единомыслия.