Теперь, оставаясь одна, Джуди подолгу разглядывала фотографии Фрэнка и особенно пристально вглядывалась в последнюю, парижскую. Она все больше думала об этом человеке, все чаще вспоминала тот вечер. Он не показался ей тогда таким сумасшедшим, каким она представляла его теперь. Хотя… мало кто гонялся бы за незнакомой женщиной по ночным улицам просто из желания помочь – уже в этом было что-то необычное. Джуди вспоминала минуту за минутой, старалась припомнить каждое слово незнакомца, каждое его движение, то, как он наклонился над бланком, прикрепленным к стеклу «фольксвагена», – все же это был тот самый «фольксваген»! – как заказывал бренди в баре… Вспоминала и пугалась настойчивости этих воспоминаний. Ведь в жизни столько случайностей! Ну и что, если случайный знакомый оказался близким родственником ее хозяйки? В маленьких городах таких совпадений великое множество. Между ними ровным счетом ничего не было, ничего, о чем можно было бы вспоминать и раздумывать. Встреться они завтра – вполне возможно, пройдут мимо, не узнав друг друга. Разве так не бывает: проносится в толпе знакомое лицо и целый день проходит в мучительном поиске одного-единственного, необходимого воспоминания? Иногда, наконец, его удается нащупать: ах, да! это тот, кто ехал со мной вместе в Даллас! – просто сосед по поезду, всю дорогу пристававший со своими пошловатыми и несмешными историями… А иногда так и не вспомнить, и мучаешься до тех пор, пока не выбьешься из сил и не махнешь рукой: а, какая разница!

Эмили была очень ласкова с Джуди и о том разговоре не вспоминала. Но слабость не отпускала ее, лицо почти сливалось с подушкой… Потом, когда она, казалось, почувствовала себя немного лучше, Джуди решилась спросить:

– Эмили, вы, должно быть, по-прежнему переживаете о Фрэнке?

– Конечно, милая.

– Но это вредит вам…

– Что же вы предлагаете? – Эмили пожала плечами. – Разве можно приказать себе не думать о чем-то? Не волноваться, не переживать? Если бы это было так просто!

– Но тогда, может быть, стоит уточнить информацию? Возможно, все не так и страшно. Вы ведь сами говорили: это только сплетни и неизвестно, что в них правда, а что домыслы.

– Я тогда звонила Фрэнку, два дня подряд набирала его номер, но его не было. Как его найти иначе, я не знаю.

Эмили казалась растерянной. Джуди стало по-настоящему жаль ее. Она тоже чувствовала себя растерянной. На днях она звонила Джеку в Нью-Йорк, ей ответили, что он около месяца назад уехал в Саудовскую Аравию и пока еще ничего не сообщал о сроках своего возращения. Этого было достаточно, чтобы понять, что Рэй обманул ее. Других способов найти его у Джуди не было, да и надо ли было искать?

Она оставила на своем автоответчике номер телефона Эмили, но звонков не было. Если бы такое случилось раньше, вряд ли бы ей пришло в голову удивляться. Но после того, что было… Зачем тогда были все эти слова, планы, мечты? Джуди даже не чувствовала себя обманутой, оскорбленной, покинутой. Она была озадачена и потеряна. И, несмотря на совершенно разные причины, Эмили с Джуди в эти дни находились примерно в одном и том же настроении. Но Эмили, занятая своими мыслями, понятия не имела о том, что волнует Джуди, а Джуди всем сердцем сопереживала ей.

– Но, Эмили, – возразила она. – Мало ли, почему его не было дома.