— Четыреста тысяч, — сказал Брэдли.

Руперт явно заколебался.

Сидни с трудом сдерживалась, чтобы не схватить его за руку. Может, стоит повысить цену? На это уйдут все ее сбережения…

— Простите, — снова произнес Руперт, делая еще один шаг к выходу.

Сидни вскочила. Она не могла позволить Руперту уйти без договоренности. Брэдли не сдастся. В течение ближайшего часа он созвонится с Осло и потом увеличит первоначальную ставку. Ему удастся переубедить Руперта, и бабушка никогда не увидит свою брошь.

— Руперт, — произнесла Сидни, стараясь не выдать своего волнения. — Брошь — семейное наследство.

Мужчина покачал головой.

— И почему это должно меня волновать?

Может, сказать ему правду? Пусть знает, что его мать была шантажисткой!

Лучше нарушить свое обещание, чем окончательно потерять брошь. Разве не так?

Ей нужно время на раздумья. Где-нибудь подальше от жары и шума кофеварки.

Руперт направился к двери.

— Подождите! — хрипло крикнула Сидни.

Он повернулся и весело махнул ей рукой.

— Извините, но ничего не получится. Брошь нужна мне для Милана.

— Я могу подменить ее, — выпалила она. Он остановился, держась за ручку двери. Сидни быстро подошла к нему.

— У меня есть копия.

Между бровями Руперта появилась складка.

— И очень хорошая, — уверила она его. — Безупречные бриллианты, пятикаратные рубины. У вас будут наличные и брошь.

— Полмиллиона, — медленно проговорил несдававшийся Брэдли.

— Мне нужно взглянуть на нее, — сказал Руперт Сидни.

— В полдень она будет здесь.

Брэдли недовольно замахал руками:

— Да за полмиллиона вы можете сделать несколько копий, и у вас еще останется.

Руперт выгнул брови дугой.

— За неделю?

На скуле Брэдли пульсировала жилка, а глаза хищно сузились.

Руперт предупреждающе погрозил пальцем перед лицом Сидни.

— Договорились. Я взгляну на вашу копию, но она должна быть совершенной.

— Она совершенна, — отозвалась Сидни, думая о том, что он врядли обратит внимание на ограненные бриллианты.

Руперт колебался минуту. Потом кивнул.

— Встретимся здесь же. В два часа пополудни. Сейчас у меня совещание.

Как только он ушел, Сидни схватила мобильный телефон. Брэдли достал свой из кармана и выскочил из кафе. Наверняка звонит в Осло. И к двум часам вернется с новым заманчивым предложением.

Ничего, мы еще поборемся! — думала Сидни, набирая номер бабушки.

Ложь порождает ложь.

Коул встал с дивана, пересек комнату и нашел адрес в мусорной корзине. 2713, Харпер Вью Роуд. И ни одно объяснение в мире ее уже не спасет.

— Пятьсот пятьдесят тысяч, — рискнул он, и она поняла, что это уже близко к пределу его возможностей.

Пусть потешит свою гордость! Сидни взглянула в глаза Брэдли.

— Четыреста тысяч и копия броши. Руперт перестал рассматривать брошь:

— Прекратите вы оба!

На щеке Брэдли задергалась жилка.

После пятнадцатиминутной пытки Руперт положил лупу в карман пиджака. Он пришел к какому-то решению, и Сидни перестала дышать.

Наконец он протянул ей руку:

— Согласен. Четыреста тысяч.

— Чек? — спросила она. Ее сердце с силой билось о ребра грудной клетки.

Брэдли выругался, но Руперт взглядом заставил его замолчать.

— Подойдет, — он достал пачку бумаг из нагрудного кармана, а затем потрепанный футляр.