Попытка возмущения вызвала закономерную реакцию, холодный взгляд изумрудных глаз уставился на еврочиновника. Почти сразу как бы невзначай, справа и слева возникли рослые фигуры в боевом клановом облачении.

Затравленно уставившись на алого кречета на выпирающем белом наплечнике, представитель ЕС пролепетал:

— Мы сделаем все возможное.

Принц неспешно кивнул, не отрывая льдистого взгляда, затем так же неторопливо развернулся и направился обратно к кортежу, на ходу бросив одному из своих:

— Карл, останься. Присмотри, чтобы наших вытащили. Если не выйдет, ты знаешь что делать.

Гвардеец стукнул рукой по груди:

— По вашему слову, господин.

Лицо еврокомиссара вытянулось, в забегавших глазках мелькнула искра зависти. Галеоти про себя усмехнулся.

Холеная морда, наверняка, тоже хотел бы стать аристо из магической знати, да мордой не вышел, мелкий хорек…

Неподалеку крутились наемники из ЧВК, нанятые кланами по прибытии в Вену. По настоянию кого-то из делегации несколько бойцов пропустили за оцепление, в поддержку пятерке гвардейцев, что осталась наблюдать за операцией.

В отличие от элитных клановых воинов экипировка солдат удачи не могла похвастать особым изыском, хотя стиль выдержан согласно профессии: широкие походные штаны с боковыми карманами, футболка цвета хаки с короткими рукавами, тяжелые армейские ботинки с высокой шнуровкой, легкий бронежилет, у некоторых на головах армейские кепи.

Из оружия: пистолеты в тактических кобурах и дробовики для ближнего боя. Стандартный набор согласно лицензии заурядной охранной фирмы. Ничего более крупного в пределах страны применять не разрешалось.

Было видно, что слишком легкое вооружение непривычно для большинства наемников. Куда лучше, когда руки оттягивают штурмовые стрелковые комплексы, а за спиной висит тубус переносного гранатомета.

Нет уж, ребятки, придется вам работать с тем, что есть, — со злорадством подумал Лоренцо, хотя никакой личной неприязни к солдатам удачи не испытывал.

— А что принц имел в виду говоря, что если не выйдет, то вы знаете что делать? — осведомилась Дженни у оставшегося гвардейца.

Подтянутый светловолосый крепыш бросил на девушку быстрый взгляд, но все же ответил:

— Если операция по освобождению провалится, и кто-то из наших погибнет, я убью всех террористов и принесу их головы его светлости.

Двое агентов и чиновник вытаращились на него, рот распахнут, глаза округлились от изумления.

— Кха… что? — первым, как и подобает политику пришел в себя комиссар.

— Если кто-нибудь из наших погибнет, все преступники будут умерщвлены, а их головы будут представлены его светлости, — вежливо повторил гвардеец.

Сделал он это так, словно речь шла о пустяке.

— Но это же какое-то варварство, — содрогнулась Ринеро.

Гвардеец пожал плечами.

— Кровь за кровь. Нас так воспитали.

В голосе клановца проскользнула непреклонность, указывающая на бесполезность споров. У вас своя правда, у нас своя, — говорил его взгляд.

Лоренцо передернулся, а потом задумался, было что-то привлекательное в подобном подходе к правосудию. Что-то от первобытного, от глубоких инстинктов.

— Кхм… полагаю до такого не дойдет, — сказал еврокомиссар, выразительно поглядев на агентов. — По крайней мере, наши сотрудники службы безопасности постараются этого не допустить.

Больше ничего не сказав, чиновник развернулся и отправился к стайке журналистов, что крутилась неподалеку.

Ринеро и Галеоти без выражения посмотрели ему вслед. Торопится подстелить соломки на случай непредвиденных обстоятельства. Главное, как подать событие в СМИ.

— А если погибнет кто-нибудь из жителей Вены или гостей столицы? — с интересом спросила Дженни, вновь переключившись на клановца.