— О?

Она судорожно сглотнула. Ей только что явился дух любви или нечто имеющее отношение к любви, и нужно продолжать в том же ключе.

— Кэт пригласила нас на обед.

Она пристально смотрела на Джейми. Иногда слова можно увидеть, подумалось ей, — видишь, как они передвигаются по воздуху, достигая цели, словно невидимая волна. Изабелла вспомнила, как в молодости присутствовала на судебном процессе в Высоком суде правосудия. Ее подруга выступала там в качестве младшего адвоката, и Изабелле хотелось увидеть ее в деле. Зрелище впечатляло: она услышала, как жюри присяжных выносит свой вердикт, а затем судья повернулся лицом к обвиняемому и просто сказал: «Шесть лет», и она увидела, как человек на скамье подсудимых дернулся назад, словно его толкнула невидимая рука.

Джейми поставил бокал и взглянул на нее. Свет в его глазах и улыбка исчезли — они сменились сдержанностью.

— Как мило с ее стороны, — сказал Джейми. — Когда?

— Она не сказала. Фактически это было послание. Она передала мне приглашение через Грейс.

— Понятно.

Изабелла играла с вилкой.

— Ты хочешь пойти? Нам не обязательно это делать. — Она подумала, что Кэт поймет. По негласному соглашению они с Джейми не касались темы Кэт, поскольку оба знали, что это рана, до которой не следует дотрагиваться.

Джейми ответил не сразу.

— У меня с ней покончено, — сказал он наконец, не глядя при этом на Изабеллу, и она поняла, что это не так. Если бы Кэт была ему безразлична, он бы взглянул Изабелле в глаза: Джейми всегда общался с людьми прямо, глядя им в глаза. Но сейчас было не так.

Изабелла не сводила с него глаз. Ей было больно.

— Не думаю, что покончено, Джейми. Я действительно в этом сомневаюсь.

Теперь он взглянул на нее:

— Да. Ты права.

— Значит, ты все еще любишь ее?

— Может быть, — ответил он тихо. — Может быть. Ты же знаешь, как это бывает.

— Конечно. Я была влюблена, и это длилось годами. Даже после того как Джон оставил меня, я все еще любила его, продолжала любить, так глупо, бессмысленно. Но мы ничего не можем с собой поделать, не так ли?

Джейми неожиданно оттолкнул стул и поднялся на ноги. Стакан воды опрокинулся, вода пролилась, оставив продолговатое темное пятно на джинсах Джейми. Он подошел к Изабелле и присел на корточки, обняв ее. Голос его звучал хрипло — от волнения, подумала она.

— Не кажется ли тебе, что мы можем… что мы можем перестать любить очень многих? Тех, кого мы когда-то любили… или все еще любим. Они уже далеки от нас, они остались в другой, прежней жизни, и мы теперь любим кого-то другого — человека или людей из нашего настоящего, а не из нашего прошлого. Ты так не думаешь?

Изабелла взяла его за руку и пожала ее. Блаженство — она не могла поверить в свое состояние безоблачного блаженства: этот молодой человек, такой красивый и добрый, в ее объятиях, он принадлежит ей.

— Конечно, я верю в это, — ответила она.

— Так мы идем или нет?

— Я думаю, мы должны пойти. Кэт и я — семья. Я не хочу изгонять ее из своей жизни из-за нас с тобой.

Он поцеловал ее в лоб, потом в губы:

— Хорошо.

На следующий день прибыли по почте две рукописи, которых Изабелла ждала, с удовольствием предвкушая, как она погрузится в них. Она прочла их в первую очередь, оставив пока без внимания остальную корреспонденцию, среди которой заметила счета.