– Я никому, кроме Космофлота на верность не присягала. Том, я прошу только понять. Я знаю, что так нужно…

– Могу я спросить, не из любопытства? – обратилась к нему Эл однажды.

– Почему-то ваша ветвь цивилизации любит спрашивать разрешения? Почему? Ответь сначала ты.

– У нас считается невежливым задавать вопросы напрямик, чтобы не обидеть.

– Да, я знаю. У нас, если возникает вопрос, то значит, необходим ответ. Что же может быть невежливо.

– Может, вы мыслите иначе. У вас все очень откровенно, открыто.

– Перейдем к твоему вопросу, – снисходительно сказал Май, хотя Эл не была уверена, что дала убедительный ответ.

– Ты знаешь, что я спрошу?

– Знаю.

– Тогда ответь сразу.

– Тебя волнует, почему меня хотят украсть… Ты знаешь о Нейбо?

– Нет. Кто это?

– Это он. Зло он избрал как действие, потому что однажды совершил зло. Меня еще не существовало таким, как сейчас. По меркам моего народа, я очень молод. Если сопоставить с твоими понятиями, то ты говоришь с младенцем. Наша жизнь несоизмеримо длиннее. Я вступлю в возраст правления несколько столетий спустя. Нейбо хочет лишить мой народ правителя, потому что мы способны превратить его планы в неосуществимые. Он избрал путь уничтожения. Я был его целью. Мои предшественники знают об этом. Он хочет отомстить за свою боль. Он единственный, кто может убить меня. Остальные – никто не решиться совершить злодейство. Он не убьет меня сразу, я нужен, как заложник, что бы требовать. Те, кому я нужен и дорог, станут выполнять его волю. Это плохо. Я буду страдать. Если мой народ потеряет правителя, то следующий придет только через тысячу лет, по вашим меркам.

– Ого! А зачем…

– Ты пытаешься понять больше, чем нужно тебе теперешней, оставь это. Он достиг бы успеха, но появилась ты. Возможно, у тебя хватит силы отыскать его, тогда твоя судьба определиться на долгий срок. Ты можешь и победить, и погибнуть одинаково, и не испытаешь радости от борьбы. Твое право выбирать – решит твою судьбу.

– Я не умею ничего такого. Мой удел летать, водить корабли. Я, конечно, могу подраться, но не с тем, кто сильнее меня.

– Ты считаешь лучшим служить своей планете. Ты любишь ее как дом. Но ты дитя Космоса, такое же, как и все мы. Сейчас ты знаешь очень мало, твои знания не завоеваны. Никто не говорит, что встреча будет скоро, нужен срок, чтобы ты встретилась с Нейбо. Но вы встретитесь, и прими это как неизбежное событие. Поверь только в то, что сможешь, и начни делать хотя бы малость. Остальное решит время. Разве ты не чувствуешь желание встретиться с Нейбо?

– Сейчас уже испытываю. Любопытство. Но что я смогу сделать?

– Найди способ стать как он.

– Как он? Так просто!

– Нет. Тебе будет плохо. Но ты не одна, кто хочет этого. Это лучшее, что ты можешь сделать.

– Ты знаешь мое будущее? А впрочем, все здесь знают свою судьбу. Может, и мне скажешь?

– А что бы ты хотела?

– Я хочу разобраться и понять, как все устроено вокруг, хочу исследовать. Увидеть друзей и родных людей. Много чего, – сказала она неопределенно.

Май посмотрел на нее. Торнианцы не имели мимики, их тельца были всегда одинаковы. То, что принято считать зрением включало более широкий спектр. Эл ощущала себя иногда твердой глыбой, бесчувственным варваром, но стоило заговорить с ними, точнее начать думать и они все меняли, становилось легко и понятно, она теряла ощущение разницы. Она даже не подозревала, какого труда им стоило это общение. Май всегда уделял ей столько времени, сколько требовалось.