Когда она вошла к нему в кабинет, Кенкейд поднялся навстречу, и ей пришлось собрать волю в кулак, чтобы спокойно ответить на его приветствие.

— Как хорошо, что вы смогли прийти! — (Странно, но он как будто и сам нервничает…) — Итак, вы обдумали за выходные нашу проблему?

— Да. — У Синди дрожали руки, и она поспешно сунула их в карманы юбки.

— И?..

— Думаю, мне представился редкий шанс, — тихо проговорила она. — Я попробую.

— Отлично! — На его лице было написано облегчение, радость и… еще что-то новое для нее. Ей даже на миг показалось, что он хочет ее обнять. Но он лишь улыбнулся и добавил: — Я очень рад. Вы для меня просто находка. Во всех смыслах.

— Я… я надеюсь. — Боже, как же трудно устоять против этой его улыбки! Но что значит «во всех смыслах»? Он что, предполагает большее, нежели чисто деловые отношения?

Но его тон стал вдруг подчеркнуто деловым:

— Присядьте, обсудим условия. — Выдвинув для нее кресло, Кенкейд обошел стол и занял свое место. Коротко обговорив все пункты, они сошлись на условиях ее приема, и Кенкейд пообещал немедленно составить договор — чтобы перед тем, как сообщить новость Кренстону, она могла проконсультироваться со своим адвокатом.

Наконец Синди поднялась, чтобы уйти. У нее было ощущение, что она сделала верный шаг. Прежде она никогда не завязывала близких отношений ни с боссом, ни с сослуживцами. Так почему с Клэем Кенкейдом непременно должно быть по-другому? Она просто будет держаться на расстоянии. И если не считать двух его предыдущих приездов в Гринвич, скорее всего, у него не будет ни времени, ни желания возиться с детьми.

— Да, кстати, сообщите мне сегодня, когда соберетесь домой, — вдруг сказал он. — Я вас отвезу.

Синди уже от двери растерянно обернулась.

— Я обещал Джонни потренироваться с ним.

Филип Кренстон встретил новость как воспитанный человек. Сказал, что это ступенька наверх в ее карьере, и пожелал удачи. А еще заявил, что Синди была одним из лучших сотрудников фирмы и, если захочет вернуться, место для нее всегда найдется.

В течение двух следующих недель она задерживалась по вечерам, чтобы освободить свой рабочий стол. Джейн так восторгалась и переживала по поводу предстоящего события, что у Синди возникли подозрения, уж не завидует ли та. Подруга без конца приводила ей цитаты из газет на тему об «опасности служебных романов».

— Да ради всего святого, Джейн! — воскликнула наконец Синди. — Уж тебе-то известно, что я не из тех, кто заводит романы, особенно на службе.

— Но Клэй Кенкейд как раз из тех. «Персоналитиз» пишет, что он…

— Избавь меня, — буркнула Синди, вытаскивая кипу бумаг из нижнего ящика стола. — Как ты вообще можешь читать этот паршивый журнал?

— Зато в нем всегда найдешь что-нибудь интересненькое о любой известной личности. — В голосе Джейн зазвучали искушающие нотки: — Представь только, ты сможешь стоять рядом с ним, смотреть в эти задумчивые глаза, вдыхать аромат его лосьона и считать его миллионы…

— Именно для этого он и берет меня на работу, — ответила она. — Чтобы считать его миллионы. Именно этим я и намерена заниматься. Все наши беседы будут касаться исключительно бизнеса.

— Само собой.