— Себадуку язык бели училь! — произнёс Себадуку со странным свистящим акцентом. — Не научиль…

— Молодец, — похвалил я. — Главное, чтоб стрелять умел, остальное будет.

— Стрелять все могут, — доложил Адула. — Гром-палка страшни, но храброму воину послушни. Тут все храбри.

Я хмыкнул, заслышав удивительно точные слова дикаря. Мне вспомнились деньки на срочной службе, когда некоторые товарищи не могли освоить даже АК-74, затрудняясь снять его с предохранителя.

— Как дошли? — спросил я.

— Хорошо. Днём спи, ночью ходи, — сказал Адула. — Бели испанец злой, ночью нету. Днем драться хотят, ночью нету. Ну, почти.

Я удивлённо вскинул брови. Да, теперь ясно, откуда у них все эти ножи, мушкеты и прочее. Успели, значит, тоже с испанцами подраться, и даже не удивлюсь, если с теми, которые улепётывали из бухты.

— Молодцы, — сказал я. — Настоящие орлы. Теперь назад идём.

— А добыча? — спросил Адула.

— Будет добыча, — заверил я. — Но потом.

Шон легонько толкнул меня локтем в бок, и я покосился на него. Ирландец критически осматривал пополнение.

— Слушай, — протянул он. — А может, ну его, это возвращение?

— Не понял, — сказал я. — Поясни.

— Да я про этих чертей в бухте, — ухмыльнулся он. — Они нас не ждут, тем более с подкреплением.

— Предлагаешь у них кораблик отжать? — хмыкнул я.

Я с трудом представлял себе, как можно напасть на корабль, не пришвартованный к берегу, а стоящий на якоре в бухте, с учётом того, что никаких лодок у нас не было, а плавать многие явно не умели. Да даже будь среди нас взвод боевых пловцов морского спецназа, я бы не рискнул добираться до шхуны через всю бухту под огнём мушкетных залпов.

— Конечно! — воскликнул он.

— Мы пока вернёмся, они уже уплывут, — критически заметил я.

— Ты что! Там одного только пороха всю ночь грузить, — отмахнулся Шон, и парни поддержали его нестройным гулом.

Предложение выглядело заманчивым. Но если пираты опомнятся быстрее, чем мы доберёмся до их корыта, мы можем здорово влипнуть. Им достаточно будет одной, даже самой хилой, пушечки и полведра картечи, чтобы нафаршировать нас свинцом на подходе к кораблю. А пушки на шхуне наверняка были, я видел закрытые пушечные порты.

Я почесал щетину на подбородке, прикидывая все плюсы и минусы такой авантюры. Заиметь собственный корабль, хотя бы такой, и это будет значить не только полную свободу передвижения, но и уже некоторый вес в местном обществе. С его помощью можно будет не только сделать себе имя, но и сколотить состояние, тем более, несколько идей по этому поводу у меня уже было припасено. Минусы же были в том, что на борту могло находиться как пятнадцать, так и пятьдесят человек. Я высказал своё опасение.

— Это вряд ли, — хмыкнул Эмильен. — Де Валь мог бы одного-двух на борту оставить, а всех остальных бы на погрузку отправил.

— Да и пораненых много там, — сказал Жорж.

— Кто за то, чтобы вернуться и ещё немного подраться? — спросил я.

Все по очереди подняли руки, даже новоприбывшие негры, так что голосование оказалось чистой формальностью, и я коротко кивнул, подсчитывая стопроцентный результат со стопроцентной явкой.

— Значит, решено, — подвёл итоги я. — Возвращаемся в бухту. Всем проверить оружие и порох.

Мы сняли мушкеты, осмотрели замки и кремни, проверили порох на полке, Жорж даже на всякий случай насыпал туда свежего и сухого.