Ну а мне не хватало знаний. Я их, конечно, каждый день впитывал, как губка, но их всё равно не хватало. Капитан должен быть лучшим во всём, а я даже не знал, как называется тот или иной парус, и в море ходил только на теплоходе, как пассажир. Я не умел фехтовать, и если какому-нибудь негодяю вроде Франсуа де Валя взбредёт в голову вызвать меня на бой, я, скорее всего, не продержусь и пары минут. Единственным моим преимуществом были образование, общая эрудиция и послезнание, но в джунглях, да и на борту корабля они, в общем-то, почти бесполезны.

Так что никто из нас не мог стать хорошим капитаном, но капитан всё равно был необходим. Анархия и полнейший коммунизм у пиратов — это миф.

— Нас всего пятеро, Шон, какой толк выбирать капитана сейчас? — спросил я. — Будет корабль, будет команда, тогда и выберем.

— Надо вождь, — многозначительно сказал Муванга. — Нет вождь — плохой добыча. Хороший вождь — хороший добыча.

Логика простая и понятная. Но я всё равно считал, что сперва нам нужно захватить корабль и набрать команду, чтобы выбирать капитана не только из нас пятерых, но и из тех, кто присоединится потом.

— Давайте выбирать, — произнёс Эмильен, наконец оторвавшись от своего мушкета.

Глава 25

Это были первые выборы, в которых я участвовал, как кандидат, и первые полностью открытые выборы, которые я видел. Голосовать можно было за кого угодно, и за себя в том числе.

Шон тут же проголосовал за себя любимого. Я проголосовал за Эмильена, Эмильен проголосовал за меня. Получилась ничья, и теперь всё зависело только от двух негров, которые снова не совсем понимали, чего от них хотят.

Муванга сидел, хлопая глазами, и глядел то на меня, то на Шона, то на Эмильена.

— Кто вождём будет, решай! — гаркнул Шон.

— Так… Кто вождь не так решают… — пробормотал негр. — Старый умер, новый вождь быть…

— У нас так решают! Давай, думай, негритос тупой! — прорычал ирландец.

Муванга ткнул пальцем в меня.

— Масса колдун, много знай, — пояснил он.

Шон нахмурился и перевёл тяжёлый взгляд на Обонгу.

— Теперь ты, — хрипло сказал он.

— Моя не хотеть ничего решать, моя хотеть спать, — вздохнул негр.

— Я тебе башку разобью, — пригрозил Шон.

— Твоя сильный, твоя вождь, — быстро согласился Обонга лишь для того, чтобы Шон от него отстал.

Снова случилась ничья. Мы с Шоном переглянулись и рассмеялись почти одновременно. Во всяком случае, никакой враждебности в нём я не заметил, его, как и меня, позабавил сам факт ничьей.

— Ну, и что будем делать? — усмехнулся ирландец.

— Захватим два корабля! — пошутил я.

Шон довольно осклабился.

— А до того? — спросил он.

— Нужно либо переголосовать, либо запретить голосовать за себя, — пожал плечами я. — Если голосуем заново, то я тогда тоже голосую за себя, и у нас три против двух. Если запрещаем голосовать за себя, то другое дело, но…

— Да ладно, — махнул рукой Шон. — Твоя взяла, капитан. Голосую за тебя.

— Спасибо, дружище, — сказал я.

— Вот и порешили, — констатировал Эмильен.

— Теперь дело за малым. Достать корабль, набрать команду, — хохотнул я.

Но я почти физически почувствовал, как на мои плечи валится груз ответственности, о котором я не просил. Мне стало не по себе на какую-то секунду, но я быстро взял себя в руки.