Кроме винограда в Каварде возделывали и другие сельскохозяйственные культуры, но вблизи деревень и не для продажи. Зато овечья и козья шерсть, равно как сыр составляли определённую часть дохода местного населения. Последнее, оповещённое о приезде новой хозяйки, тем не менее, не спешило её встречать. И провожали повозку отнюдь не радостными возгласами, а молчанием. Хорошо, что камни вслед не кидали: победителей-ородонцев, мягко говоря, не любили и втайне мечтали поквитаться.

Страна замков оправдала своё прозвище, явив взору Стефании единственный собственный дом - частокол башен и стен на вершине холма. Война изрядно потрепала их: кажется, замок горел.

Экипаж въехал через остатки внешней стены и остановился во дворе, прямо у колодца.

По двору важно бродили утки и гуси; им не было никакого дела до приезда маленькой Августы Дартуа, милостью короля - леди Сибэллин, баронессы Кавардийской.

У крыльца выстроились в ряд слуги: всего пятеро, считая управляющего и его супругу. Лица у всех настороженные, хмурые.

Никто не помог Стефании сойти, даже не поприветствовал. Зато бумаги на владения замком и землями потребовали. Кажется, управляющий огорчился, увидев подпись герцога Дартуа-Лагиша и его печать. Королевскую грамоту, к слову, он проигнорировал, даже не взглянул, заметив ородонский герб.

- Добро пожаловать, миледи. Надеюсь, вы послужите достойной заменой покойному барону, которого узурпаторы лишили всего.

Сказано это было зло, будто госпожа Дартуа сама отобрала всё у несчастного барона.

Кормилица, кряхтя, выбралась из экипажа с малышкой Августой на руках. Та раскричалась, пришлось успокаивать.

Ребёнок вызвал интерес у женщин, сняв с них маску недоверия. Одна, судя по дородности, кухарка, даже улыбнулась и показала девочке 'козу'.

- Баронесса Кавардийская, - Стефания представила присутствующим дочь. - Ваша госпожа. Я всего лишь опекунша.

- И, - она сделала паузу и вздохнула, - я не причастна к тяжкой судьбе барона, ничего о нём не знаю. Мне искренне жаль, что его земли и титул отдали посторонним людям. Надеюсь, мы с вами сумеем найти общий язык.

Ей очень этого хотелось, иначе жизнь превратится в ад.

При беглом осмотре выяснилось, что в замке всего пара залов пригодна для жилья, остальные требовали ремонта. Стефания решила обосноваться ближе к кухне: там теплее, и потребовала от управляющего отчёта о доходах от баронства.

- И не нужно мне говорить, что денег нет. Я здесь надолго и не намерена позволять себя обманывать.

Госпожа Дартуа старалась вести себя решительно. Пусть она мало смыслит в финансах, но хозяйство в Овмене кое-как вела. Ни в коем случае нельзя показать слабину, а попытаться стать рачительной хозяйкой, вникнуть во все тонкости.

Управляющий с ухмылкой положил на пыльный стол толстую амбарную книгу. Открывать её Стефания не спешила, вместо этого провела пальцем по мебели и кликнула горничную:

- Чтобы к вечеру было убрано. Я не намерена платить за лень.

- А вы, - она обернулась к управляющему, - наймите каменщиков и плотников. За тёплое время года замок нужно привести в порядок. И ещё, завтра мы с вами объедем окрестности.

- Как пожелаете, миледи. Только нужно ли это?

- Не вам решать! - резко ответила госпожа Дартуа и углубилась в чтение.

За амбарной книгой Стефания просидела до поздней ночи, мало что поняла, но зато разговорила управляющего. Видя её старания и упорство, он вёл себя уже не так враждебно, а потом и вовсе мягко посоветовал ей идти спать: 'Вы ведь с дороги, миледи'.

Назавтра выяснилось, что планы Стефании по восстановлению замка придётся сократить: её приданого, пенсии и доходов баронства хоть и хватило бы на строительные работы, но тогда не оставалось денег на пропитание и текущие расходы.