|
В наушниках засипело. ПДА моментально вырубились. Мы застыли на месте, опасаясь лишний раз вздохнуть. — Наверное, я сейчас должен признаться, что сошел с ума, — прошептал Дрой, глядя за мою спину. — Не пугай меня. — Я не спешил оборачиваться, всем естеством ощущая чужой взгляд. — Что там? — Я по порядку, хорошо? Во-первых, на стене здания появился знак, нарисованный черной краской. Думаю, уточнять, какой именно, нет смысла. — Нет. А во-вторых? — Во-вторых… — Дрой неуловимым движением снял «Орду» с предохранителя. — К нам, кажется, гости пожаловали. — Много? — Трое. Но один из них обвязан динамитом что твой шахид. — Мародеры? — Если бы. Зомби. Я решил, что ослышался. Ну, положим, на остаточных рефлексах запустить дизель эти безмозглые твари еще могли. Но для совершения такого осознанного действия, как облачение в «пояс смерти», необходимо было иметь хоть что-то в голове, кроме выжженного месива. Неужто и тут не обошлось без ведома контролера? В наушниках снова зашипело, хлопнуло, и связь прервалась. Главное, чтобы аккумуляторы и дыхательные контуры не переклинило, а то ведь в считанные минуты окочуримся. Я очень медленно повернулся. Двое зомбаков вывели третьего из-за угла дома и остановились. Один держал в руках винтарь «Лавина» с модернизированной «оптикой», а второй — пульт взрывателя, подключенного к детонатору через простенький шнур. «Заложник» был обвязан таким количеством оранжевых шашек, что рвани эту ходячую бомбу здесь, думаю, и на Кордоне слышно будет. Приготовленный к принесению в жертву зомбак послушно топтался на месте, опустив длинные руки, и не делал попыток снять с себя помигивающий красным глазком детонатор. Он время от времени неуклюже одергивал жилет, нашпигованный динамитом, будто тот ему жал. Мутант отличался огромным ростом и внушительными габаритами. Он сильно сутулился. Привычка, видимо, осталась еще со времен его бытности человеком: люди, стесненные большими размерами своего тела, горбятся именно так. Картину дополняло отсутствие у великана одного глаза. Циклоп, не иначе. А позади зомбаков, на стене здания, которое мы только что досконально проверили, темнел знакомый символ бесконечности с пририсованной рядышком стрелкой «вверх». Я машинально поднял голову в надежде увидеть, куда она указывает, и взгляд мой уперся в монументальную конструкцию радиотрансляционной вышки. — Минор, — тихонько позвал Дрой, упорно не смотря вверх. — Я высоты боюсь. Без усиленного наушниками сигнала слова его звучали глухо, словно через толщу воды. Я ответил: — Если бы мне не было сейчас жутко до усрачки, то стало бы смешно. — Я серьезно, кретин. Или… ты тоже боишься? — «Срочка» в воздушно-десантных войсках, две сотни прыжков с самолета и увлечение бейс-джампингом. Нет, Дрой, я не боюсь высоты. Я боюсь вот этих чурбанов с детонатором и хреновин, которые у нас с тобой в башке. |
