– Смотрите! – Элена указывала им за спины.

По тропе меж зелеными лугами мчалась крупная тень.

– Самое время, Фардейл, – пробормотал Могвид.

Уловив неприязнь в интонации, Эр'рил почувствовал, что между оборотнями много невысказанного.

Волк, высунув язык, остановился рядом с Могвидом, и его янтарные глаза сверкнули в солнечном свете. Несколько безмолвных мгновений он пристально вглядывался в лицо брата, затем едва заметно кивнул, разрывая контакт, и отошел к ручью напиться.

– Ну? – спросил Крал. – Что сказал твой пес?

Прежде чем Могвид успел ответить, Элена принялась тихонько отчитывать горца.

– Это не пес. Не зови его так.

– Он же шутит, девочка, – вмешался Эр'рил, подходя к Могвиду. – Итак, что твой брат говорит про перевал?

Оборотень попятился в тень огра.

– Он говорит, что большинство троп скрыто быстрыми глубокими потоками. Они непроходимы. Но северная дорога нам подойдет, там вода поднялась всего в нескольких ручьях.

– Хорошо, – кивнул воин. – Значит, спустимся в долину по ней.

– Только… – Могвид весь сжался, будто пытаясь уйти внутрь себя. – Он говорит, что там дурной запах.

– И что это значит? – встревоженно спросила Элена, подходя ближе.

Эр'рил потер висок, все еще пульсировавший после тяжелого подъема.

– Да, что? – нахмурившись, переспросил он.

Могвид разглядывал цветы под своими сапогами.

– Я не совсем понял. Что‑то такое… – Он покачал головой.

Тол'чак пошевелился и откашлялся.

– Волк общается картинками, – попытался объяснить он. – Си'лура, что живет в моей крови, уловил некоторые образы, отправленные Фардейлом: «Ощетинившийся волк. Пустая тропа пахнет падалью».

– Что это может означать? – едва слышно спросила девушка.

– Дорога открыта, но что‑то там не так. Он предостерегает нас, следует соблюдать осторожность.

В наступившей тишине волк отошел от ручья и уселся возле Элены, ткнувшись в ее ладонь мокрым носом. Она рассеянно почесала его за ухом.

«А сама говорила – не собака», – мысленно заметил станди.

Приласкав Фардейла, девушка, казалось, немного успокоилась. Напряжение последних дней ненадолго отступило. Она собрала все мужество, которое только было в ней, готовясь отправиться в поход.

– Итак, в путь, – объявил Эр'рил. – Но будем начеку.

Пока остальные члены отряда были заняты последними приготовлениями, Могвид болтался немного поодаль. Он собирался в путешествие по‑своему. Вскоре среди местных жителей, собравшихся проводить циркачей, появилась сгорбленная старуха. Кивнув ей, оборотень скользнул в тень фургона и достал из кармана три медяка, но один тут же спрятал обратно. Двух вполне достаточно.

Си'лура прислушался: спутники переговаривались, отдавая друг другу последние распоряжения, каждый занимался своим делом. Хорошо. Вскоре донеслось свистящее дыхание ковылявшей к нему старухи. Могвид с досадой прикусил нижнюю губу. Как же он ненавидит обстоятельства, которые вечно повергают его в зависимость от других людей. Но то, о чем попросил, сам сделать он не мог. Он подбросил монеты, и они громко звякнули на ладони. К счастью, купить можно все.

Седовласая женщина, опираясь на отполированную ореховую палку, вошла в тень повозки и остановилась. Вероятно, когда‑то она была высокой, но время так ее сгорбило, что теперь приходилось поднимать голову, чтобы посмотреть оборотню в лицо. Она молча разглядывала его своими глазами цвета черного гранита.