Леон не остановил движения, лишь слегка изменил траекторию, словно покачнулся, пропуская снаряд вдоль груди и тоже рванул навстречу Хельги, запуская пальцы рук в кармашки на поясе. Войтов довольно ухмыльнулся на бегу, доворотом кисти направляя кончик шпаги на противника и внёс несколько изменений в дрожащую от вливаемой Силы Руну, тем самым меняя её значение, а соответственно и эффект.

Фиолетовый поток стал чуть тоньше, ужался до полосок света на клинке и устремился вперёд, пронзая пространство словно лазерный луч. Варяг торжествующе улыбнулся, предвкушая то, как должно отбросить противника, но увидел что Леон пригибается и принимает луч на плечо, оставшись на ногах и продолжая свой бег. «Техника» беспрепятственно, навылет прошила конечность японца и угасла, истратив вложенную энергию.

Оттерев клинок шпаги левой рукой в сторону, Леон на полной скорости впечатался в своего противника, успев подпрыгнуть в последний момент и от всей души вложился в удар правой. Молниеносный хук справа, в район челюсти, усиленный черным пламенем «длани тьмы» заставил Олега кубарем прокатиться по бетонному покрытию, «доспех духа» выдержал и защитил, а удержать парня на ногах не смог.

Вставая на ноги, Хельги вслепую отмахнулся шпагой, активируя Руническую цепочку «Экскалибур» — клинок обрёл льдистый оттенок метеоритного железа и способность посылать энергетические серпообразные лезвия. Одно из таких устремилось к Леону, вынуждая его отскочить назад и высоко подпрыгнуть, чтобы пропустить его под собой.

Варяг яростно зарычал, видя, что японец не желает тратить силы на защиту и предпочитает уворачиваться от его ударов. Активация ещё одной цепи Рун заняла три секунды — на этот раз он использовал «панцирь эйнхерия», аналог стихийных «покровов»: его фигуру фиолетовой росписью разукрасила вязь символов, текущих, словно вода, и хаотично перемещающихся по телу юноши. Всё это время он не спускал глаз с неподвижно замершего Леона и наконец смог рассмотреть маску его шлема.

— Демон… — подумал он, бросаясь в новую атаку и не зная насколько близок к сути своей случайной догадкой…

***

Князь Константин Ильич Морозов с интересом взирал на происходящее в дуэльного круге, изредка одобрительно хмыкая на действия того или иного бойца. Импровизированная трибуна была забита преподавательским составом Кадетской Школы, а на остальных, как знал князь, было не протолкнуться от кадетов. Так же он знал, что часть учащихся снимает происходящее и транслирует на внутренний канал Школы, чтобы увидеть дуэль смогли те, кому не хватило места. Подобное не могло удивить старика, прожившего больше ста десяти лет, разве что немного возмущало — в его времена к решению вопросов Чести подходили иначе. Потомкам, как он считал, не хватало тактичности, слишком уж они были охочи до публичности и зрелищ.

— Странно, что шоу из этого ещё не сделали. И билеты не начали продавать. — пробурчал он, наблюдая как фехтовальщик гоняет своего оппонента по кругу беспрерывными атаками, попеременно используя то шпагу, то рассекая пространство темно-синими серпами светящейся в надвигающихся сумерках энергии.

Рукопашник в долгу не оставался. Улучшив момент, он запустил в полет четыре метательных пластины, ещё в полете засветившихся непонятными то ли рисунками, то ли письменами. Пластины ломаными зигзагами устремились к фехтовальщику и закружили вокруг него стаей голодных хищников, высекая искры из вспыхивающего фиолетовым «рунного покрова» соперника.

— Саша, а это что собственно? Не припомню таких приемов. — спросил князь у беспокойно маячившего поблизости зав. военной кафедры, Александра Александровича Самсонова.

— «Бабочки Аматэрасу».