|
Внутри всё сжалось в тугой, холодный узел. От этой встречи зависело слишком многое.
Времени у нас нет совсем, поэтому, если Томми-придурок сейчас сделает все как надо, то ограбление мы провернем прямо следующей ночью.
По сути, у нас было готово почти все. Я знал, когда привозят товар, кто привозит и когда они уезжают. Оружие какое-никакое есть, сегодня еще наведаюсь к Доброму Джо и приобрету кое-что посерьёзнее револьвера. Осталось получить информацию о складе Маранцано и решить вопрос с транспортом. Место для хранения ворованных ящиков мы нашли.
Вернее, его нашел Фредо. Это оказался один из заброшенных доков. По сути, здесь таких укромных уголков до хрена и больше. Просто старик предложил тот, что находился совсем в отдалении. Ко всему прочему, он знал человека, который прежде владел этим местечком и уверял нас, что в ближайшее время туда точно никто не сунется. Тем более, мы же не будем хранить украденный товар вечно. Мы достаточно быстро скинем его Доброму Джо, а потом… Потом я бы хотел уехать. Реально. Что-то вся эта криминальная романтика сильно перестала мне нравится.
Фредо верно сказал. Возятся, как пауки в банке. Кто кого сожрет. Я понял, что не испытываю огромного желания отдать концы в юном возрасте, а другого финала, как бы, не предвидится. Племянника Винченцо Скализе никогда не оставят в покое. По крайней мере, пока живы Массерия и Лучано. Тут либо мне их надо отправить на тот свет, либо ждать, пока оприходуют они меня. А я ни первого, ни второго не хочу.
Когда озвучил мысль об отъезде Патрику, тот меня поддержал. Более того, он прямо загорелся моей идеей, свалить из Нью-Йорка. Естественно, прихватив с собой Роззи. Ирландец даже ухитрился нафантазировать небольшую ферму, которую мы приобретем подальше от города. В мечтах Патрика на этой ферме мы уже строили благополучную жизнь. Он, Роззи, я и Фредо.
Старик, конечно, знатно повеселился с таких перспектив. Но, как мне показалось, реально задумался.
— Фредо… — Тихо позвал я его.
Патрик отошел немного в сторону, чтоб наблюдать за дорогой, ведущей к пирсу, и мы со стариком осталось одни.
— Скажи, ты ведь не просто так жил здесь все это время, изображая из себя обычного рыбака? Нет, про дона Вито все понятно. Но… Мне кажется, есть еще причина.
Фредо посмотрел мне в глаза долгим взглядом и, честно говоря, думал, пошлёт меня, куда подальше. Но я ошибся. Он ответил.
— У меня была семья. Да… Жена и сын. С Сицилии мы перебрались в Нью-Йорк вместе. Я, по большому счету, ради них и решил завязать с прошлым. Устал, знаешь ли. Да и вообще… Пять лет мы жили тихо-мирно. Конни даже поверила в то, что наша жизнь изменилась. Конни, это моя супруга. Да и я поверил, если честно. Расслабился. Не углядел за Робертом. А он… Связался не парнями Д’Аквиллы. Захотелось ему стать настоящим мужчиной… Ну и стал… Умер, как мужчина. Массерия только начал самостоятельно заниматься делами. У них переговоры должны были с Д’Аквиллой пройти. О территории. Делили ее между собой. Роберт был в числе тех, кого Д’Аквилла отправил на встречу. А потом, через несколько дней его нашли в Гудзоне. Конни захотела выяснить, что произошло. Ее не устроила версия, в которой Роберт погиб от несчастного случая. Тело нам не показали. И похоронить не дали. Ну она пошла к Д’Аквилле. И все. Больше не вернулась. Я не знал о ее планах. Иначе никогда в жизни не отпустил бы. И про Роберта не знал. Тот скрывал свою новую «работу». Знал бы… все по-другому сложилось бы… В общем, Д’Аквилла специально отправил на встречу определенных парней. Они до этого у Массерии точку одну отжали по приказу своего же босса. Таким образом Д’Аквилла расплатился за перемирие…Вот и вышла, видишь, какая история. Я, Фредерико Бонасэро, не смог уберечь свою семью. По глупости. Потому что решил, будто закрыв прошлое, распахнул двери в новую жизнь. |