— Эй, вы есть собираетесь? — спросил Патрик.

Он уже разлил по мискам похлёбку и теперь ждал, когда мы дадим ему возможность поставить ее на стол. Просто наш разговор с Фредо протекал так активно, что мы оба едва ли не грудью лежали на столешнице, занимая ее почти целиком.

На этой жизнерадостной ноте наша беседа с рыбаком подошла к концу и до самой ночи он больше не сказал ни слова. Но при этом, очевидно, о чем-то думал. Основательно думал, глубоко.

Естественно, когда наступило время отходить ко сну, я долго не мог уснуть. В голове прокручивались все возможные сценарии завтрашней встречи, каждое слово, каждый жест. Затем мысли перескакивали на Фредо и его странное поведение, которое, чего уж скрывать, выглядело ну очень странным.

Я мысленно "ходил" по клубу, вспоминая свое посещение, искал взглядом ту самую заднюю дверь. Потом представлял, как буду ее "взламывать" и у меня от этой картины свербило где-то под ложечкой. Ну какой, к чёртовой матери, из меня взломщик?!

План с кражей алкогля и провокацией войны между семьями тоже не выходил из головы. Он был безумным, самоубийственным, но именно так мы с Патриком могли получить толчок, который выбросит нас из грязи и нищеты на самый верх. Или... на дно Гудзона. С ногами, упакованным в тазик, наполненный бетоном.

Перед самым рассветом я наконец забылся тревожным, прерывистым сном. Мне снились лица — хитрая и насмешливая рожа Лучано, тяжелое, хмурое, лицо Массерии, яростная физиономия Фрэнки Йеля и холодные, стальные глаза Фредо. И где-то на заднем плане — наивное, полное надежды лицо Патрика, который верил, что все только начинается. Короче, снилась мне полная чушь.

Зато, когда раздался тот самый стук в дверь, я уже был умыт, одет и даже причесан. Патрик метнулся к окну, осторожно отодвинул занавеску. Ничего, кроме ног прохожих, спешащих по своим делам, ирландец, естественно, не увидел.

— Это за нами? — прошептал он.

— Это за Джонни, — хрипло ответил Фредо, — Тебя на вечеринку не приглашали. Люди Массерии явились. Значит, Джо Босс торопится... Еле дотянул до рассвета.

Старик бросил на меня быстрый, оценивающий взгляд. В его глазах читалось предупреждение и… странная готовность. Как будто он знал, какие именно события произойдут сегодня.

Стук повторился, уже громче.

— Открывай! Пацан, слышишь?! – Голос был незнакомый.

Я глубоко вдохнул, расправил плечи и сам подошел к двери. Открыл.

На пороге стояли двое. Их лица не выражали ничего, кроме скуки и уныния. Думаю, в столь раннее время ребята на "работу" еще не ходили.

Выглядели мои "провожатые" уже привычно. Костюмы, шляпы и этакий вайб вседозволенности, который окутывал их обоих. Первый казался постарше. Ему было не меньше тридцати пяти. В зубах он зажимал спичку, гоняя ее от одного уголка рта к другому. Второй был помоложе.

— Джованни? — спросил тот, что постарше.

— Я.

— Собирайся. С тобой хочет поговорить дон.

— Хорошо. – Кивнул я, затем потянулся к гвоздику, который выполнял в нашей каморке роль вешалки, взял куртку и накинул ее на плечи.

— Мне тоже идти? – Решительно спросил Патрик, а затем сделал шаг вперед.

Парни молча посмотрел на ирландца, переглянулись.

– Ты что, Джованни? – Спросил его любитель грызть спички.

– Нет. – Растерянно ответил Патрик.

– Ну и какого тогда хрена забиваешь нам голову? – Пожал плечами старший.

Я встретился взглядом с Патриком, кивнул ему и тихо произнёс:

— Жди здесь. Все будет хорошо.

Фредо молча наблюдал за происходящим, опираясь о стену плечом. Его взгляд был тяжелым и многообещающим. Я снова подумал, старик что-то знает. Что-то важное.