— Дар! — позвала Тьяра, и тут же зажженная керосиновая лампа высветила его и часть пространства вокруг.

— Пойдем, — сказал Дар. — Где-то тут Капитан поставил наши снегоходы…

Они блуждали довольно долго, как показалось Тьяре. Но ей было хорошо. То ли в излучающем доверии Даре все дело, то ли в магнетической привлекательности всего Черного Аполлона, где каждое помещение дышит древностью. И еще — ее не оставляло любопытство: что же они двое здесь ищут…

— Ну вот и снегоходы! — сказал Дар и передал Тьяре лампу. — Подержи, я сейчас.

С этими словами он перемахнул через борт грузового снегохода и принялся потрошить мешки с джинсой. Он искал так, будто знал, что среди всех джинсовых костюмов есть один единственный, который как нельзя лучше подойдет Тьяре, и, переворошив все мешки, Дар его нашел.

— Это тебе, — сказал Дар, передавая девушке сверток и забирая лампу.

Развернув подарок, Тьяра так и ахнула… Джинса была воистину королевской! Довоенная, с чудесным меховым подбоем, на котором не было и следа потертости… да вообще костюм выглядел так, точно его до этого вообще никто не носил! К тому же, он был сделан точно по женской фигуре. Именно сделан! Задуман и сделан, а не перекроен кем-нибудь из чифесс!

— Дар… зачем?! — изумленно произнесла Тьяра.

— Бери-бери, это подарок, — нервно засмеялся Дар, упорно не понимая, чему она так удивляется. Желая объясниться, он даже вспомнил пару подходящих словечек из ее языка: — Итса презент!

Тьяра не ответила. Дар понял только, что его «итса презент» очень и очень много для нее значит… И почувствовал себя дураком… Даже разозлился, что не может с ней поговорить как Мих или Клот…

…Он стал вдруг таким мрачным… Тьяра тут же спохватилась: что же она такое сказала или сделала, что так расстроило Дара? Вроде бы, ничего. Но почему тогда?..

Тьяра улыбнулась, чтобы показать, что все в порядке, и даже доверила Дару меч. Он бережно принял оружие и тактично отвернулся, пока Тьяра переодевалась в джинсу.

…Почему он отворачивается, — удивилась она. Почему?

Мужчинам и женщинам Тигров, все детство проводившим в одной казарме, и в голову бы не пришло стесняться друг друга, потому Дар и казался Тьяре таким странным сейчас. Она решила, что надо обязательно спросить его… нет… ну как можно открыто разговаривать в присутствии переводчика?..

— Дар! — позвала Тьяра. Он обернулся.

— Тебе очень идет, — сказал Дар, оценив ее новый костюм.

Тьяра протянула руку, и Дар вернул ей меч… Его простое движение привело юную Тигрицу в замешательство: этот пришелец не знает, как обращаться с мечом!!! Как такое может быть?!! Как…

Пора было возвращаться. Их искали. Почему-то Дар именно теперь осознал это… В брюхе Черного Аполлона время искажается. Оно словно идет противоходом к тому, что происходит сейчас…

Дару и Тьяре было о чем поговорить по пути. Они шли в середине приморской делегации; Дар — положив руку Миху на плечо… К перемене, происходящей с ним при этом, привыкнуть было невозможно: Дар начинал свободно говорить на языке Тигров, хотя до этого не понимал ни слова…

— Я хотела спросить тебя… — Тьяра закусила губу, не зная, как бы выразиться потактичнее… — Только не обижайся…

— Обещаю! — ласково заверил ее Дар.