Изменить размер шрифта - +
С Эльжбетой, несмотря на свое возмущение, Олаф обошелся бережнее и не вышвырнул на улицу, а просто отодвинул к двери, где она оперлась о косяк.

— Что это было? — спросила она без особого интереса и сочла необходимым пояснить слова мужа: — Олаф хоть и говорит по-польски, но часто путает слова.

Врать не буду, сохранить приличия нам удалось с большим трудом. Пан Вацлав принял вертикальное положение. Ошарашенный, смущенный, расстроенный, он пытался хоть как- то оправдаться, но выходило так нечленораздельно, что не только Олаф, но и коренные поляки толком ничего не поняли. Олаф окинул всех взглядом Юпитера, сверкнул глазом и, подскочив к Юлии, обнял ее и расцеловал в обе щеки не менее страстно и к тому же с явным вызовом. После чего мрачно уставился на потенциального противника.

Противник ответил на эту выходку горячего скандинавского парня элегантным поклоном, от чего оба обалдели окончательно.

— Он у меня темпераментный, — вздохнула Эльжбета. — С ним надо осторожно обращаться. Не успела тебя предупредить, впрочем, не знала, что это понадобится. Может, по хозяйству помочь? Мы привезли холодное пиво.

— Делай, что хочешь, только освободите мне кухню, — потребовала Алиция, безуспешно пытаясь скрыть неудержимый хохот под маской гостеприимства. — Здесь мы сейчас обед начнем готовить, так что прошу пройти в салон. Эльжбета, если ты, говоря о пиве, имела в виду кофе, то я тоже присоединюсь.

Эльжбета неоднократно гостила у Алиции в разное время и знала, где что находится, поэтому вполне могла справиться с поставленной задачей. Я не вмешивалась, наслаждаясь происходящим. Правда, уверенности в том, что мне удастся сохранить самообладание при столь бурном развитии событий, у меня не было. Вся наша компания, впечатленная молодечеством Олафа, перебралась на террасу.

— Буде водка? — допытывался неутомимый скандинав, сменив гнев на милость. — К диннер? Польск водка?

На этом его запас польских слов временно иссяк, и он перешел частично на английский, а частично на датский. Я разглядывала его с большой симпатией: типичный швед, высокий, светловолосый, костлявый, но с хорошо развитой мускулатурой и, судя по тому, как быстро он вычислил и наказал обидчика, с отличной реакцией, не говоря уже о минимальной сообразительности.

С появлением новых гостей будто свежий ветерок пробежал по нашему дому, возвращая нам ощущение равновесия и устойчивости. Да и сама хозяйка, до сих пор старательно скрывавшая свои чувства, начала приходить в норму.

Эльжбету языковые сложности не волновали ни в малейшей степени.

— Стефана еще нет? — поинтересовалась она.

— Стефана? — удивилась Алиция. — А должен быть?

— Он возвращается в Польшу на перекладных и обещал к тебе заехать. Моя задача тебя предупредить, что скорее всего он будет вечерней лошадью.

— Отлично, я давненько его не видела!

— Он то же самое о тебе сказал.

Я знала Стефана понаслышке. Это был один из самых близких старых друзей Алиции, по профессии архитектор, но для души занимавшийся массой разнообразнейших вещей, в том числе историей и журналистикой. Жил он постоянно в Швеции, поскольку по отцу был шведом, отсюда и шведское гражданство, а мама у него была полька. Наслушалась я о нем всякого разного, но в жизни в глаза не видела и даже на фотографии. Теперь, похоже, появился шанс познакомиться. Для меня всегда было важно поглядеть на человека.

И еще я сразу сообразила, что теперь уже точно деваться некуда, придется задействовать ателье. Ничего, побегает Стефан в ванную кружным путем, через сад и терраску. Ему, по словам Эльжбеты, такие пути не в новинку, он человек здоровый и очень даже крепкий физически. Для поддержания формы движение — первое дело.

Эльжбета притащила себе из кухни табуретку, на чем и завершила свои кухонные работы.

Быстрый переход