И тут свершилось чудо. Причем тройное, так как его источником снова стал Мариан. Сначала вредители, они были первыми, уже великое достижение, а потом Мариан вдруг взъелся на Олафа.

— Он что, не может сразу сказать, будет пить молоко или нет? — огорченно выпалил он, с осуждением глядя на шведа. — Лучше бы пиво хлебал…

Видимо, главной причиной его недовольства было быстрое исчезновение еды со стола, а добавки ему почему-то никто не предлагал. И десерта к кофе тоже не дали.

Пан Вацлав не преминул подхватить злободневную пивную тему:

— К сожалению, мы, поляки, не привыкли смешивать пиво с молоком, поэтому наш неподготовленный пищеварительный тракт может отреагировать на эту смесь самым экзотическим образом…

Но Мариан не позволил сбить себя с толку. Он не наелся, и ему было абсолютно по барабану, кто здесь гость и каков его статус. Поэтом он решил требовать продолжения банкета.

— А вообще-то лучшее и самое дешевое пиво в той забегаловке, что у озера, — произнес он проникновенным голосом. — Для туристов там сущий рай, а к пиву еще всякую мелочовку вроде сухариков подают на халяву. Могу показать, тут пешком всего ничего, а вы, я так понимаю, на колесах. Там и подъезд удобный, а швед пускай на своем безмолоке сидит, фраер датский. Да они здесь все такие. Ну что, едем? Можем хоть сейчас.

Мне было известно, что в голодном состоянии Мариан мог свернуть горы и убедить кого угодно в чем угодно. Основной удар пришелся на пана Вацлава. Чтобы устоять перед его натиском, нужны были годы тренировок и специальная подготовка, которой, само собой, у впервые видевших его Буцких не было и в помине.

— Там так здорово, — продолжал он соблазнять гостей. — Даже красивше, чем здесь, у Алиции. И воды полно, и такие большие белые плавают, и вообще. И этот, как его, пейзаж, и свежий воздух всем полезно посмотреть…

Пан Вацлав был застигнут врасплох как напором соблазнителя, так и его предложением.

— Бензина капля осталась, — предпринял он последнюю попытку к сопротивлению. — На остатках доехали…

— А тут рядом есть заправка, да еще подешевле многих…

— Шампусик, ты как? — с надеждой в голосе спросил пан Вацлав.

Юлия, наконец, заметила пристальный к себе интерес Эльжбеты и слегка изменилась в лице.

— Может, в самом деле? — неуверенно произнесла она. — Но я такой прогулки не выдержу. Извините.

— Так я же говорю, на машине, — продолжал гнуть свою линию Мариан.

— Ну, тогда ладно… Тем более если покажешь, как ехать…

— Проще простого!

Юлия подчеркнуто сдержанно встала, а Мариан бросился к своему рюкзаку и поднял его с пола с таким решительным видом, будто тот собирался оказать ему яростное сопротивление. Все трое вышли.

В воздухе повисло напряженное молчание, длившееся довольно долго после того, как стихли звуки отъезжавшего автомобиля супругов Буцких. В абсолютной тишине Мажена сорвалась с места, вылетела из дома, притормозив только у калитки, осторожно выглянула на улицу и вернулась назад уже нормальным аллюром.

— Невероятно! Уехали…

Все ошеломленно молчали еще несколько секунд.

— Дайте мне кофе! — воскликнула Алиция, поднимаясь со стула.

Мажена метнулась на кухню:

— Кофе? Сиди, уже варю! Все, что хочешь! Хоть звезду с неба! Видишь? — Это было сказано уже в мой адрес.