– Чем вам помочь, Леокадия? В чем нуждается Александр? – В голосе Корделии звучало сочувствие и любовь.

– Я не знаю, ваша светлость, не знаю. Он закрылся в своем кабинете и говорит, что не хочет, чтобы его тревожили. Но ему нужно лежать в постели. Его отец сейчас в Миннеаполисе, уехал туда три дня назад по делам. Раз мистер Карпентер не хочет, чтобы я была рядом, может быть, именно вам удастся внушить ему, что все-таки следует прислушиваться к рекомендациям врачей?

После недавнего прощания Корделия вправе была отказаться от предстоящего ночного визита к пострадавшему, но тем не менее она сказала:

– Я одеваюсь и выхожу ловить такси!

– В этом нет необходимости, ваша светлость…

– Зовите меня просто Корделия, – попросила девушка.

Домоправительница была под впечатлением того, что новая знакомая ее хозяина связана с королевской семьей. Хотя никакого значения это сейчас не имело.

Но Корделия почему-то была уверена, что все случилось из-за нее. Да, что-то ей подсказывало, наверное, интуиция. Это она принесла ему горе, из-за нее он расстроился и попал в беду. Изменил свое расписание, гулял, отдыхал. Отправился на ночь глядя в парк… Лучше бы торчал в своем банке, или где еще там обретаются финансисты? В министерстве финансов?

Леокадия продолжила разговор:

– Гилберт уже выехал, вы встретите его внизу. Это лучше, чем разъезжать одной по городу в такси.

– Спасибо, Леокадия.

– Я жду вас, ваша… жду, Корделия! Спасибо за помощь. Мистер Бе… бедный мистер Карпентер не будет в одиночестве…

Она старалась не думать об ужасном событии, случившемся с Александром. Раз доктора согласились отпустить его домой, значит, рана не такая опасная. С другой стороны, настойчивость Александра могла вынудить докторов его отпустить.

Когда Корделия спустилась в вестибюль, ее уже ждал там Гилберт.

– Я рад, что Леокадия позвонила вам, мисс.

Привратник у дома мистера Карпентера узнал Корделию и склонил в знак приветствия голову. Да, в Филадельфии в любое время дня и ночи люди были на посту. А вот полиции в нужное время на нужном месте не оказалось! Преступники расхаживают по городу и режут честных людей, ужас!

Корделия вошла в лифт, беспокойство ее усилилось. Что, если Александр Карпентер не захочет с ней говорить? Если решит, что она слишком навязчива?

Но она хочет о нем заботиться! Несмотря на то, как он с ней сегодня обошелся.

– Корделия, он все еще в кабинете. Я предложила ему чашку бульона, но он отказался, уверяя, что ничего не хочет.

Корделия сняла свитер, оставила сумку на кресле в прихожей. Затем пересекла гостиную и остановилась перед дверью в кабинет. Прислушалась. Тихо и осторожно постучала.

Раздался громкий и грубый голос Александра:

– Леокадия, я сказал, что мне ничего не надо!

Голос звучал так, будто его хозяин все еще переживал случившееся.

Не спрашивая разрешения, Корделия приоткрыла дверь и вошла в кабинет.

– Это не Леокадия, Александр. Это я.

Виски, предположила Корделия. Александр был без рубашки, его левое плечо и кисть правой руки оказались забинтованным. Волосы взъерошены, лицо пепельно-серое.

Уставясь на Корделию, Арчибальд-Александр удивленно пробурчал:

– А ты здесь что делаешь?

– Я сегодня обхожу дома одиноких бизнесменов, подвергшихся нападению.