Это дало Аргайлу новую пищу для размышлений. Голос два он узнал: это был человек по имени Чак, у которого он взял напрокат «кадиллак» 1971 года выпуска, который, как теперь вспомнил Аргайл, влетел в витрину магазина. Но не совсем было понятно, о каком ответе перед судом идет речь.

Беседа над его неподвижным телом продолжалась Голос Джошуа Энсти, адвоката, заявил, что тормозной шланг находился в безобразном состоянии.

Чак его перебил и возразил, что все это полная чушь и ерунда. Он лично занимался этой машиной на прошлой неделе, и тормозной шланг был закреплен им контровочной гайкой. Намертво. И он никак не мог отскочить, просто никак.

В ответ на это Энсти обвинил Чака в вопиющей некомпетентности и сказал, что машины ему следует обходить за милю.

Тогда Чак обозвал Энсти полным придурком, вслед за этим до слуха Аргайла донеслись звуки возни и ругань, а потом откуда-то издалека донесся громкий крик, призывающий прекратить это безобразие. И утверждающий, что больница не место для пьяных разборок.

«О, — подумал Аргайл, и тут раздался дикий вопль, а затем грохот падающих на пол хирургических инструментов, — о, так вот где я. В больнице».

«Что ж, это хорошо. — Такова была следующая мысль, и Аргайл снова провалился в сон под крики людей, призывающих полицию. — Теперь я знаю…»

— Вы в порядке? — осведомился голос, когда Аргайл снова вынырнул из темного колодца сна.

«О Господи, опять! Только не это», — подумал он.

— Слышал, из-за вас тут заварушка случилась.

На сей раз он сразу узнал голос. Детектив Морелли. Впервые за все время Аргайл открыл глаза, постарался сфокусировать взгляд и слегка повернул голову на подушке.

— Из-за меня?

— Все утро над вашим телом шла битва. Адвокат и этот тип из проката машин едва не разнесли палату. Неужели не помните?

— Смутно припоминаю. А что делал здесь этот адвокат?

— О, все они такие. Шакалы. Во все суют нос. Как вы себя чувствуете?

— Мне кажется, нормально. Так, сейчас посмотрим. — Приподняв голову, Аргайл оглядел себя, словно проверял, все ли на месте. — Черт, а что это с ногой?

— Вы ее сломали. Но перелом чистый, так говорят врачи. Беспокоиться не о чем. Правда, на некоторое время придется отказаться от бега трусцой.

— Жаль.

— Но ничего серьезного. Вот, пришел проведать, посмотреть, как вы тут. Потом передам все вашей девушке.

— Кому?

— Ну, этой дамочке из Италии, как ее?.. Названивает каждые несколько часов, уже весь отдел с ума свела своими звонками. Весь отдел убийств уже называет ее просто по имени. Она на вас запала, верно?

— Разве? — мрачно удивился Аргайл.

Морелли оставил эту ремарку без внимания. Ему и без того было ясно.

— В общем, я вижу, вы в полном порядке. Ладно, отдыхайте, не буду мешать.

— Контровочная гайка, — произнес Аргайл. Морелли удивился.

— Тормозной шланг просто не мог отойти сам по себе. Так мне сказали.

— Гм, да, хорошо. Просто я как раз собирался…

— Это означает… — сосредоточенно хмурясь, продолжил Аргайл. — А что, черт побери, это означает?

Морелли почесал подбородок.