— О, интересно, — вклинился Алекс. — Капитан, а можно задать вам несколько некорректный вопрос?

— Ну, давайте попробуем. — Заславский несколько оторопел.

— Ваш канонир… Он оказался в вашем экипаже потому, что не захотел на Землю? — Фон Строффе решил бить сразу и наверняка.

— Вроде того, но не только. Но это было одной из причин, да, — не стал скрывать отставной майор.

— Ясно. Тогда… — Алекс посмотрел на Ричарда, тот кивнул в ответ. — Тогда, капитан, у нас обоих к вам есть дело.

— Я весь внимание, — ответил капитан «Ревеля».

— Мы с Диком посовещались и пришли к интересному выводу. Вернее, интересному для нас. Капитан, скажите, вам не пригодятся в экипаже еще один пилот и еще один навигатор, правда, отставшие от жизни на двести лет? — Алекс фон Строффе посмотрел в глаза Максиму Заславскому открыто и прямо, как когда-то смотрел в глаза всему своему экипажу еще в Патруле, сообщая им, что уходит в поисковый.

— О как, — крякнул Заславский. — Любопытный поворот событий. Знаете, господа, я не против, но есть ряд нюансов… Впрочем, решаемых, как мне кажется. «Ревель»!

— Слушаю, Макс, — отозвались динамики корабельной связи голосом ИскИна. При этом звуке Алекс и Ричард невольно вздрогнули, в их время бортовые интеллекты не практиковали.

— Скажи-ка, «Ревель», сколько уйдет времени на переподготовку Алекса на пилота в нынешних реалиях? И — аналогично для навигатора?

— Немного, Макс. Пилот он отличный, а управление не сильно изменилось с его времени. Просто добавились некоторые функции. С навигатором еще проще — ему предстоит лишь освоить интерфейс подключения. А звезды все те же, просто их больше открыто и заселено, — ответил «Ревель». У слышавших это Райта и фон Строффе вытянулись лица, вся гамма эмоций отразилась сразу: и недоумение по поводу «отличного пилота» («а откуда он это взял?»), и радость по поводу «небольшого времени на переподготовку» («значит, одной проблемой меньше, причем основной»), и радостное изумление уровню общения ИскИна с экипажем. Заславский кивнул, его тоже весьма порадовали ответы бортового интеллекта.

— Что ж, спасибо, «Ревель». Господа, — это уже к размороженным, — сразу же после того, как наш доктор, а по совместительству — старший помощник, сообщит мне, что вы готовы нести вахты по состоянию здоровья, я внесу вас в штатное расписание. О ваших документах мы подумаем потом, а пока я рад вам сообщить следующее: мы идем на Землю крайне ненадолго. Там мы грузимся и отправляемся в довольно сложный и опасный рейс. У вас есть время передумать до тех пор, пока я не отдал приказ о начале погрузки. Потом, простите, будет поздно: наши наниматели — достаточно серьезные люди, и их миссия, как и их груз, в известной степени секретны. Однако смею вас заверить, что если вы не передумаете, то, скорее всего, не пожалеете. А сейчас, господа, прозит. — И Макс приподнял бокал.

Размороженные кивнули, почти синхронно. То ли найм двух новых членов экипажа состоялся, то ли просто согласились за это выпить. Макс не стал уточнять, пригубил коньяк, встал, коротко кивнул собеседникам и вышел. А когда за ним закрылась дверь, улыбнулся широко и от души, поскольку шел он к ним ровно с аналогичной целью.