|
Чем больше он прочитывал, тем мрачнее становилась его физиономия. Радостных новостей вроде бы ждать было и не с чего, но вот настолько испортить настроение может только начальство. Горин передал со Стасом приказ майору Заславскому временно призваться из запаса на действительную службу. Хорошо хоть не перейти в подчинение лейтенанта Бартенева, а то было бы еще обидней. Также в письме недвусмысленно указывалось, что ответственность за операцию на майоре Заславском, вся информация по операции у лейтенанта Бартенева, который на время операции придан М. В. Заславскому в качестве заместителя командующего операцией. «Чертов генерал, — подумалось Максу. — Обещал неприятности и устроил их. А я-то хорош гусь, расслабился. А к неприятностям у нас нужно что? Прально, гаспдин майор, постоянная готовность. И еще раз готовность».
— Мда. Стае, ты сам-то в курсе, что привез? — поинтересовался Макс. — Не-а, — вальяжно ответил Бартенев. — Ну, тогда, во-первых, не «Не-а», а «никак нет», а во-вторых — на, сам прочитай. Грифа «секретно» нет, а «для служебного пользования» подразумевает твой допуск. — И Заславский выдал ошарашенному Стасу приказ генерала. Бартенев быстро пробежал по листу глазами, привычным взглядом вычленяя ключевые слова, и с удивленным выражением на лице вернул письмо Заславскому. — Прошу прощения, господин майор, не мог предположить, что именно… — Принято, лейтенант. А теперь давай договоримся — пока не начались бои или пока мы не высадились, меня зовут Максим Викторович. А лучше — Макс. И вот еще что, Стас… Давай-ка экипаж пока в известность ставить не будем, хорошо? Ни к чему оно. — Есть, госпо… — На этом моменте Заславский удивленно поднял бровь, и Стае осекся. — Хорошо, Макс. Сделаю, как скажешь. — Вот и молодец. И вот еще что. Экипаж у меня интернациональный, в основном общение идет на интерлингве. Русский язык хорошо знают Леон и Отто, остальные хуже. Да, и еще одно. На борту есть члены экипажа, с которыми ты не знаком. Второй пилот — Алекс, навигатор — Ричард. Это бывшие евросоюзовские патрульные, потом служившие в Поисковом флоте. Прошу любить и жаловать, как говорится. — Хорошо, Макс. Что-то еще я должен знать? — Только то, что на время перелета ты и бойцы размещаетесь на десантной палубе. Доступ в рубку только у тебя. Доступ в кают-компанию у тебя тоже есть. Вопросы есть? — Ника…ких. — Стае чуть было по привычке не гаркнул «никак нет». — Вот и славно, вот и хорошо. Итак, давай-ка, размещай людей, доступ на десантную палубу у них надо прописать, для этого можно напрямую к ИскИну обратиться, его «Ревелем» зовут. — Хорошо. Кстати, а у Яны доступ в кают-компанию будет? — невинным тоном поинтересовался Бартенев. — У кого? А ей зачем, она что, с нами летит? — усмехнулся Заславский. — Ну да. Ее еще мне придали в качестве гражданского лица. То есть, — Стас замялся. — Короче, Горин считает, что ей на Земле опасно. Настолько, что в экспедиции с нами ему за нее спокойнее. Поэтому она летит с нами. — Ну, блин, вы меня до инфаркта доведете, — покачал головой Макс. — Стас, Горин чем думал? Мы что, на прогулку летим? Ну, бля, дурдом… — И Заславский пошагал обратно к кораблю, качая головой и бормоча себе под нос проклятия. Стас проводил его взглядом, пожал плечами, и вернулся к своим людям, столпившимся около Урмаса, объяснявшего «Чайкам», куда, что и как грузить. Мол, раз прибыли — давайте-ка, работайте. |
