Письмо девятое

«Всем, всем, всем. Здесь „Диана“, Поисковый флот человечества, говорит Алекс фон Строффе, капитан. Слушайте нас, берите наши пеленги. Безопасное расстояние для полета — не менее одной астрономической единицы от нашего местоположения.

Мы погибли в гравитационной воронке. Энджи — ложно-одинарная звезда, мы находимся между желтым карликом и потухшим сверхкарликом.

Повторяю, мы погибли в гравитационной воронке. Облетайте нас. Безопасное расстояние — не менее одной астрономической единицы.

Здесь „Диана“, Поисковый флот человечества, говорит Алекс фон Строффе, капитан. Всем, всем, всем…»

Отправленное дальней связью, это письмо пришло в Штаб поискового флота далеко не сразу. Сначала его получили в Патруле, и получил его коммандер Дакар, близкий знакомый фон Строффе, Райта и О'Келли. Они летали в одном экипаже, пока трое друзей не ушли в дальнюю разведку. Дакар остался в Патруле.

Он пришел к командиру своей эскадры и попросил отправить его на уточнение обстоятельств, приведших к гибели «Дианы». Ему отказали, и тогда коммандер пообещал угнать туда свой патрульный фрегат. Ему пригрозили. На следующий день Дакар принес рапорта всех членов своего экипажа, и командование эскадры сдалось.

Через месяц после того, как «Диана» застряла между звезд, в системе Энджи вынырнул красавец-фрегат «Коммандер Армстронг», который вел коммандер Дакар. Подойдя к «Диане» на расстояние одной астрономической единицы, экипаж «Коммандера Армстронга» целую неделю ощупывал корвет сканерами, радарами, приборами гравитационных измерителей. И только тогда, когда стало понятно, что фон Строффе и его людей не достать, патрульные легли на обратный курс.

Как выяснилось, перед тем как замолчать навсегда, оставив после себя только маяк пеленга и голосовое «письмо», Алекс фон Строффе закодировал в информационный пакет весь бортовой журнал и показания видеофиксаторов и включил постоянную трансляцию на ультракоротких волнах. Никуда дальше системы ложно-одинарной звезды оно уйти не могло, но Дакар увозил с собой в Солнечную полный отчет Алекса фон Строффе.

Когда миссис Энджи Бернстайн узнала о том, что ее выход замуж опередил на три недели вступление в силу завещание Алекса, по которому она унаследовала бы все его деньги за открытые системы, если бы оставалась «мисс Валлис», она впала в черную меланхолию. Особенно когда узнала, о какой сумме идет речь.

Среди навигаторов дальнего поиска, а позже и среди всех остальных звездоплавателей слово «Энджи» стало нарицательным, обозначая красивую фальшивку. Алекс фон Строффе оказался интуитивно прав, называя так звезду. Его письмо обошло все трансляционные станции, и «Диана» стала символом современных легенд, символом тех, кто «идет на мыс Горн». Открытые экипажем фон Строффе системы были колонизированы в течение пяти лет, а именами этих людей были названы несколько факультетов в Академии дальнего флота.

Прислушайтесь, люди. Может быть, где-то среди звезд до сих пор звучит голос капитана «Дианы»?

Музыка закончилась. Голос затих. «Ревель» выключил воспроизведение. Экипаж сидел молча, не в силах произнести ни единого слова. Гробовая тишина воцарилась в кают-компании, и как будто даже дыхание четырех немаленьких мужчин перестало быть слышным. Никто не был в силах произнести ни слова, а «Ревель» молчал. В голове у всех бродила плюс-минус одна и та же мысль — что совсем скоро, после выхода из тоннеля прыжка, они услышат Алекса фон Строффе.