— Видите чрезвычайное заседание Верховного Совета Межпланетной Федерации? — с отвращением воскликнул Петрикал. — Слышите вдохновенные дебаты, ожесточенное столкновение мнений?

В надолго воцарившейся тишине трое мужчин разглядывали открывавшуюся внизу картину. Судя по выражению лиц, каждый реагировал на нее по-своему. Петрикал выпятил челюсть, прищурившись в бессильной ярости. У Ленды был сокрушенный вид, а в глазах, пожалуй, больше влаги, чем требуется для естественного увлажнения. На лице Мордирака застыла привычная маска, и лишь на кратчайший миг уголки губ дрогнули в улыбке.

Наконец Иосиф шепнул:

— Все кончено, да? — Фраза прозвучала не вопросительно, а утвердительно. — Отныне нам суждено долго катиться к варварству.

— Ну, в действительности все не так плохо, — начал Петрикал с наигранной бодростью, которая быстро слиняла, когда он встретился с Лендой взглядом.

С этим молодым человеком бессмысленно играть словами. Он все понимает.

— Уже катимся, — отрывисто признал адъютант. — В данный момент… — он махнул рукой на пустой зал заседаний, — это лишь получает официальное подтверждение.

Ленда оглянулся на Мордирака:

— Простите, что я вас сюда притащил. Простите, что отнял у вас время.

Мордирак посмотрел на него, оторвавшись от сцены внизу:

— По-моему, это весьма интересно.

— И больше вам сказать нечего? — проскрипел Ленда сквозь зубы.

От злости у него вдруг перехватило горло. Совершенно бесчувственный тип!

— Вы стали свидетелем не только гибели организации, которая пятнадцать столетий вела нашу расу к мирной межзвездной цивилизации, но и, возможно, крушения этой самой цивилизации! По-вашему, это просто «интересно»?

Мордирак остался невозмутимым.

— Довольно интересно. Ну, думаю, я видел достаточно. Подбросить вас обратно до Клатча?

— Спасибо, не надо, — с высокомерным презрением отказался Иосиф. — Сам как-нибудь доберусь.

Мордирак кивнул и покинул галерею.

— Кто это? — спросил Петрикал. Он слышал только фамилию незнакомца, но полностью разделял антипатию Ленды.

Тот вновь повернулся к залу заседаний.

— Никто.

XVIII

Шагнув из стыковочного шлюза челнока в свой турер, Стивен Дейлт задумался над той странной радостью, которая наполнила его душу при мысли о гибели Федерации. Он давно видел ее приближение, но не придавал большого значения. Фактически довольно давно не придавал большого значения любым делам собратьев-землян. Одно время главной его заботой была собственная физическая маскировка в их глазах, теперь и в этом отпала необходимость — в большинстве случаев вполне достаточно проекции любого пси-образа. Конечно, приходится тщательно избегать любых устройств, записывающих изображение, поскольку пси-воздействию они неподвластны. Человечество как бы стало чужой для него расой — Федерация, символ межзвездной гуманитарной культуры, умирает, а он не находит в душе ни капли сожаления.

Хотя должен бы что-то чувствовать. Пятьсот, даже двести лет назад наверняка иначе бы реагировал. Впрочем, тогда он был другим. Федерация представлялась жизнеспособной организацией. Теперь он — Мордирак, а она лежит на смертном одре.

По его мнению, упадок начался с окончанием войны между землянами и тарками, чудовищного, казавшегося бесконечным конфликта.