Великан сделал еще шаг назад, уперся спиной в ствол могучего дуба. Радивой замахнулся, обрушил сверху прямой, сокрушительный удар. Исполин вновь закрылся, раздался треск и рукоять секиры распалась надвое, успев, однако, ослабить удар, пришедшийся в середину лба.

Великан отскочил в сторону, пытаясь утереть залившую глаза кровь, споткнулся, и шумно рухнул в кусты. Радивой мгновенно оказался рядом, занося меч для последнего удара…

С темного неба, сквозь переплетение ветвей в середину поляны ударила белая молния.

Глава 19

Всплеск светлого пламени на миг поглотил все вокруг, затем медленно померк, рассыпавшись искрами. Ударил раскат грома, от которого содрогнулось небо, а у людей затрещали, лопаясь, барабанные перепонки. Земля в середине поляны вспыхнула алым пламенем, застонала от нестерпимого жара. Огненные сполохи озарили колеблющимся светом стену деревьев, ветви которых гнулись и трепетали, будто под порывами сильного ветра.

И из середины пламени шагнула темная фигура.

Высокий и широкоплечий, вновь прибывший хоть и уступал ростом поверженному исполину, но, казалось, разом занял собой всю поляну. От него волнами исходила великая мощь, заставившая людей в ужасе вжаться в землю, закрыв головы руками. Он был одет в звериные шкуры, на плече возлежала огромная суковатая палица. Заросшее темной бородой лицо чем-то неуловимо напоминало сокрушенного Радивоем великана, но казалось гораздо старше. В темных глазах пришедшего бушевало небесное пламя, земля вздрагивала под тяжкими шагами.

Лишь один Радивой не дрогнул при его появлении, и теперь стоял повернувшись навстречу, гордо выпрямившись, побелевшими пальцами сжимая рукоять меча. Он был страшен: пламя играло на залитых его собственной кровью доспехах, бледная кожа туго обтянула череп, на висках вздулись, часто пульсируя, синие жилы. Радивой сейчас казался чудовищным порождением подземного царства, каким-то образом вырвавшимся из темных глубин в этот мир.

Тот, кто явился в пламени, остановился в трех шагах от замершего воина. Их взгляды скрестились, и все, бывшие там ощутили, как со страшной силой столкнулись две могучие воли.

— Смертный! — грозно молвил явившийся, и голосом его, казалось, говорила сама Вечность. — Как ты посмел? Как отважился поднять руку на чадо мое? Что тебе нужно там, куда нет пути?

Радивой бесстрастно выслушал речи пришедшего, выдержал паузу, а затем ответил, и несмотря на бульканье и хрипы в надорванных легких, голос его прозвучал неожиданно сильно и гордо:

— С дороги, Бог! Здесь проходит граница твоей власти, слово твое не имеет силы там, где бьется Сердце!

— Дерзость твоя не знает пердела! — казалось, мир содрогнулся от яростного крика явившегося. — Тебе слишком много позволялось до сего времени! Но сегодня ты преступил все мыслимые границы, твоей безнаказанности пора положить конец!

— С дороги, Велес! — все так же холодно ответил Радивой, и рука его с такой силой сдавила рукоять меча, что, казалось, сам металл увлажнился, истекая холодными слезами боли.

Велес простер длань к неподвижно замершему воину. Казалось, сейчас небесный огонь обрушится на дерзкого, не оставив даже пепла… но что-то произошло. Бог отступил на шаг, опуская руку, на лице его отразилась досада.

— Ты не властен здесь, — молвил Радивой.

Лицо Велеса потемнело от ярости, черное пламя в глазах заметалось угрожающе, он обеими руками подхватил исполинскую палицу, сделал шаг к неподвижному воину.

— Не властен, говоришь? — прогремел он. — Ты забыл, что помимо силы бога во мне есть сила и попроще. Чтож, посмотрим, из какого теста нынче смертные!

Несколько мгновений Бог и человек смотрели друг на друга пылающими разгорающейся яростью взорами, а затем одновременно, будто по неслышной команде, сорвались с места.