Диктатор Ярослав просто довёл до логического конца прежнюю систему наказаний. Отныне никакой смертной казни, только каторга, но зато в самых отвратительных местах страны - тундра Полуночных земель, бескрайние просторы тайги Лесного океана, жаркие пески Срединной земли...

   Успело родиться и вырасти целое поколение, никогда не знавшее войн, как внутренних, так и внешних. И это невольно сыграло дурную шутку с боеспособностью армии и флота.

   Постепенно уходили на заслуженный покой ветераны, а им на смену приходили молодые, необстрелянные новички. Боевые генералы и адмиралы потихоньку выдавливались с руководящих постов "паркетными шаркунами" и лизоблюдами. Многие офицеры и солдаты, храбрые и умелые во время войны, элементарно спивались, не в силах найти себе место в повседневной рутине...

   Таких ссылали в отдалённые гарнизоны, подальше от цивилизации и от возможностей карьерного роста, например, на самую периферию или же в глубочайший тыл...

   Дальний Восток Рардена вообще и флот Великого Океана в частности были как раз одним из таких мест.

   Старые корабли, старые солдаты, совершенно неперспективный театр военных действий, ввиду отсутствия наличия серьёзных противников...

   Но нет же.

   Война между государствами идёт постоянно и лишь изредка принимает вид открытой конфронтации. На этой войне нет ни фронтов, ни тылов: поле битвы - вся планета. Никогда не знаешь, кто станет твоим следующим врагом, а союзники... А что союзники? Никакая страна не будет с тобой навечно, это всё временно...

   У любой страны должны быть лишь только два настоящих союзника - флот и армия... Хотя нет, на самом деле их три - армия, флот и боевой дух, желание драться за свою Родину, драться и умирать.

   И у рарденцев был этот дух. Они знали, за что идут в бой - не впервой было этому народу отражать набеги иноземцев.

   Рарден проигрывал битвы, но войны никогда.

   Это стало знаменем, это стало верой.

   Больше жизни, больше смерти.

   Сегодня моряки Великоокеанского флота Рардена пошли в заведомо неравный бой, без шансов на победу, не потому, что их палками и кнутами погнали вперёд командиры и маги.

   Нет, вовсе нет.

   Они просто знали, что даже их смерть - это просто ещё один кирпичик в основание будущей Победы. Быть может не сегодня, не завтра, и даже не через год, но Победа - будет.

   Рарденцы в это верили.

   ...И дрались, дрались не щадя себя. В невероятном, безумном темпе стреляли имперские канониры по неумолимо надвигающимся боевым машинам Ниарона. Не забывая, впрочем, и о таких немаловажных вещах, как корректировка огня и внесение различных поправок.

   "И ведь отлично стреляют, демоны!" - невольно подумал фрегаттен-капитан Васнецов.

   Такого не ожидал даже он - с третьего залпа накрытие, с пятого - попадание, и всё благодаря поступающим, пускай и с изрядной долей помех, данным с "Саргата". Правда, попавший в носовую оконечность тяжёлого ниаронского крейсера четырёхдюймовый файербол не причинил больших разрушений ввиду своей слабосильности, но и это уже было кое-что.

   В течение следующих нескольких минут в "Кинугасу" попали ещё несколько огнешаров, но на этот раз среди них были и достаточно мощные, шестидюймовые. И теперь уже повреждения от рарденского артогня оказались более серьёзными.

   Несколько файерболов небольшого калибра начисто разворотили нос ниаронскому крейсеру, что было всё-таки болезненно, но не смертельно. А вот пара прилетевших 127-мм огнешаров проделала нехилые дыры немного выше ватерлинии, и это было уже серьёзнее, так как теперь "Кинугаса" вынужден был снизить ход из-за риска затопления повреждённых носовых отсеков.