— А если пойду, то что?

— Иди за паспортом!

— Он у меня всегда с собой!

Владимир решительно встал.

— Поехали!

— Куда?

— В ЗАГС, конечно! Ну? Пока не передумал!

— Я готова!

— Ну и вперед!

Через три дня Володя расписался с проституткой, а по выпуске, так больше и не встретив Веру — на вручение погон и дипломов она не пришла или в общей толчее он ее не заметил, — увез Аллу в отдаленный гарнизон.

Алевтина сумела сыграть роль верной супруги недели две, потом загуляла. Видимо, блядство было у нее в крови. Через месяц они развелись, и Владимир подал рапорт о переводе его в 201-ю дивизию, дислоцирующуюся в Таджикистане. Там принял первое боевое крещение, водя колонны к заставам погранвойск, там же получил и первую свою награду — медаль «За боевые заслуги» — одновременно с двумя ранениями. Потом конфликт с замполитом и перевод сюда. В этот отдельный автомобильный батальон, обслуживающий боевые части войсковой группировки в Чечне. Так через семь лет службы судьба вновь свела его с Верой. И с ее законным мужем!

За эти годы Владимир имел немало женщин, но никогда и ни с кем не испытал того, что подарила ему Вера.

И она все время жила в его памяти, как первая непроходящая любовь.

А вот теперь они, Володя и Вера, встретились здесь, в штабе, когда Бережной прибыл представиться командиру по поводу своего нового назначения.

Вера была потрясена, увидев из окна идущего в штаб некогда полюбившегося ей курсанта, теперь капитана.

И вышла из комнаты секретариата.

Теперь наступила очередь опешить и крайне удивиться Володе. Увидев женщину, которая так и осталась навсегда в его памяти, он только и смог проговорить:

— Вера?! Ты?

— Володя! Не узнаешь? Я сильно изменилась?

— Нет! Но все так неожиданно, я просто в шоке. Ты?

И здесь? Так, значит, майор…

— Да, Володя, мой муж майор Крамаренко, начальник штаба батальона, ну а я при нем. И дома и на службе. Но ты-то как к нам, в эту глушь? Командировка?

— Нет, Вера. Назначен командиром первой роты.

— Господи! Что же будет?

— Подожди, Вера.

— Не говори ничего, Володя! Я очень рада тебя видеть, если не сказать большего, но обо всем потом, хорошо? Не надо, чтобы посторонние узнали о том, что мы знакомы.

— Хорошо! Как скажешь. Но знай, что и я счастлив тебя видеть. Счастлив, Вера. Не знаю, как и объяснить.

— Ничего не объясняй, занимайся службой. Я сама найду и время, и место, где сможем обо всем поговорить.

Иди! Да, медаль поправь, «За боевые заслуги»? Воевал уже, значит.

— Воевал!

— На войну и вернулся. Ну иди, иди, прошу тебя.

Владимир зашел в приемную, откуда к командиру части, который принял доклад офицера. Началась обычная в таких случаях ознакомительная беседа. Командир пригласил на нее начальника штаба. Заместитель по воспитательной работе находился в командировке, и познакомиться с ним Бережному предстояло позже. Замы по снабжению и вооружению были заняты на данный момент. Крамаренко же вошел сразу после вызова:

— Разрешите, товарищ подполковник!

Он был подтянут, нарочито строг, немного высокомерен, серьезен. Точно такой, каким Владимир запомнил его по училищу. Он, увидев Владимира и узнав его, виду, однако, никакого не подал, а действовал строго по Уставу:

— Товарищ подполковник, майор Крамаренко по вашему приказанию прибыл!

— Позволь, Геннадий Семенович, представить тебе нового командира первой роты, капитана Бережного.

— Мы знакомы, Дмитрий Михайлович!

— Вот как? — удивился командир.