|
Кажется, Тодд упоминал, что поездка не удалась. Алекса, у тебя какой-то ошалелый вид, наверное, это от горя. Послушай, я искренне хочу помочь тебе всем, чем смогу, надеюсь, ты не против, что я вмешиваюсь? Филипп мне всегда нравился, но знай: я на твоей стороне. Представляю, какой поднимется шум, когда новость дойдет до газетчиков. Все адвокаты по бракоразводным процессам выстроятся в очередь у твоего порога. Вот что я тебе скажу, дорогая: тебе понадобится опытный адвокат, и у меня как раз есть на примете подходящий.
По бракоразводным процессам? О чем это она толкует?
— Погоди-ка, Бинки, остановись на минутку, я тебя не понимаю.
Но подруга так разошлась, что ее было не так-то просто остановить.
— Ох уж эти мужчины! Даже лучшие представители, в том числе Филипп, и те, в сущности, пройдохи и мерзавцы! А как он ловко одурачил меня своим шармом «южного джентльмена», да и тебя тоже! Мне все еще не верится, что он оказался способен на такое предательство. Это ж надо, не просто сойтись снова с этой далласской красоткой, а еще и протащить ее в свою передачу! А у этой дряни хватило наглости пригласить на свой дурацкий аукцион тебя! Наверное, Филипп сказал ей, будто ты не догадываешься, что она — его несчастная любовь.
Алексе показалось, что из тела выпустили всю кровь. Она задохнулась, ловя ртом воздух, и слабо пролепетала:
— H-несчастная любовь? Уж не хочешь ли ты сказать, что Филипп и Гейл Даулинг… что они были знакомы раньше? Господи Боже!..
Алекса закрыла лицо руками. «Несчастная любовь, несчастная любовь» — стучало у нее в висках. Значит, Филипп был раньше знаком с Гейл? Неужели все это время крутил с ней роман?
— О черт! — Увидев изумление Алексы, Бинки запоздало прикрыла рот рукой: — Неужели ты ничего не знала? А я-то думала, ты за это и выгнала Филиппа! Господи, детка, что же я натворила! Алекса, дорогая, прости, если можешь!
Алекса на мгновение закрыла глаза, словно надеялась убедиться, что все это ей почудилось, но, когда открыла их, Бинки по-прежнему сидела напротив, от волнения покусывая большой палец. Вид у нее был совершенно убитый.
— Пожалуйста, расскажи все, что тебе известно, — сказала Алекса замогильным голосом.
Бинки поморщилась, но выполнила просьбу. Когда Филипп вернулся из поездки, Тодд, не зная, что в семье Джеромов не все благополучно, пригласил их обоих на вечеринку и, не дожидаясь ответа, умчался по своим делам. И вот сегодня утром секретарша Тодда, которая всегда все ему рассказывала, передала свой разговор с секретаршей Филиппа. Со слов Кэй стало известно, что шеф поселился в отеле, по-видимому, разъехавшись с женой, и, как она подозревает, встречается с Гейл Даулинг.
Тодд терпеть не мог сплетни, поэтому обратился к другу только за тем, чтобы узнать, что в них правда. Филипп признался, что вы действительно разъехались, и объяснил, почему, но ужасно расстроился из-за того, что новость распространилась. Филипп не хотел ничего говорить, но Тодд вытянул из него правду.
— Когда я позвонила сегодня утром мужу, он мне все выложил, — продолжала Бинки. — Кажется, Филипп лет десять назад был помолвлен с той женщиной, но ее папаша-миллионер разлучил их, потому что хотел выдать дочку за богатого… Мужа нет в живых… У нее маленькая дочь.
— О Господи!
— Насколько я поняла, — сердито продолжала Бинки, — молодой вдовушке не терпится снова запустить коготки в Филиппа. Я сразу подумала о том, как тебе тяжело, потому я и разболталась… Но выходит, я все испортила. Ах, Алекса, простишь ли ты меня когда-нибудь? Мне бы следовало отрезать мой болтливый язык…
Она еще что-то говорила, извиняясь, но Алекса не слышала. Как только она осознала степень предательства Филиппа, ее буквально парализовало. |