Глава 21

В воздухе пахло весной. Даже после длительного путешествия переход от осеннего настроения к теплу и возрождению природы был удивительным. Я поймал себя на том, что наслаждаюсь каждым вдохом.

Мы сидели на веранде уличного кафе в историческом центре города, недалеко от большого католического собора.

Дедушка и Хосе о чём-то тихо беседовали на испанском. Судя по отдельным словам, которые я улавливал, речь шла об истории этого места: «землетрясение», «конкиста», «восстановление».

Я посмотрел на небо, хрустально-прозрачное, на полоску Анд у горизонта. Потом сделал глоток отличнейшего кофе, которое мне только что принесли. Здесь, среди солнечного света, обычных людей, спешащих куда-то по своим делам, все тревоги казались какими-то нереальными, далёкими. Возникала иллюзия, что можно снять комнату в соседнем домике, а потом коротать спокойные вечера в тени вон того дерева, покрытого свежими, ярко-зелёными листочками. Бродить по местным рынкам в поисках чего-то настоящего, как в старые времена…

Я вздохнул.

— Не беспокойся, — сказал Хосе на английском, обращаясь ко мне, видимо, по-своему истолковав мой вздох. — Я её вижу.

Честно говоря, мне не очень верилось в эту затею. После всего, что случилось здесь много лет назад, застать здесь человека, или «источника», как выражалась Лидия, на месте было бы странно. Однако же она считала, что есть шанс.

— Ну вот, она возвращается, — улыбнулся друг.

Лидия шла по улице, улыбаясь встречным людям. Я вдруг понял, насколько хорошо она вписалась в местный социальный ландшафт. Она не просто была похожа на одну из жительниц города — она и была ей. Чувствовала себя, как рыба в воде, несмотря на все прошедшие года.

Она подошла к нам, улыбнулась и заняла соседнее плетёное кресло.

— Ну как? — спросил дедушка на русском.

— Он здесь, — ответила она. — Можно поговорить.

Я сделал глубокий вдох и медленно выдохнул через нос. Вот, значит, как…

— Я пойду, — сказал дедушка, в этот раз на испанском. Потом потрогал свою трость с бульдогом.

— Не-е-ет, — улыбнулся Хосе. — Нельзя вам. Всё равно опознают. А вот если пойду я — сочтут за любопытство местных ценителей, не более.

Он потрогал железное кольцо на среднем пальце правой руки. Я пригляделся. Что ж, пожалуй, эта настоящая вещь будет даже помощнее дедушкиной трости, при схожих функциях.

— Ладно, — дедушка махнул рукой, — как знаешь…

— Будь осторожнее, — добавил я. В другой обстановке и при других отношениях эта фраза могла бы выглядеть фальшиво. Но Хосе в ответ искренне улыбнулся и кивнул.

— Я буду, — ответил он.

Снова потянулись долгие минуты ожидания. Хорошо хоть здесь в принципе было принято сидеть подолгу в кафе, если уж так хочется, никакого лишнего внимания такое поведение не привлекало.

— Надо было Вику взять с собой… — тихо сказала Лидия на русском.

— Мы ведь обсуждали, — возразил дедушка. — Не стоит.

— Представь себя на её месте! У нас ведь даже связи нет…

— Слушай, там замечательный сад! Пускай погуляет, ничего страшного.

Склад Хосе обустроил в ста километрах от города, в глухой деревенской местности. И замаскировал его под действующую ферму. Большая редкость среди наших — ведь такое предприятие тоже требовало внимание. Но, похоже, ему это было в кайф.

— Она-то погуляет, — кивнула Лидия и ворчливо заметила: — Как бы опять не нагуляла на что-то не то…

Дедушка лишь улыбнулся в ответ.

В итоге мы просидели ещё больше часа.