- Располагай мной… – Произнес знакомый голос, когда Крестоносец вновь преклонил колено, теперь уже гораздо медленнее и с искренним почтением.

Глава 23. Стихийное столкновение.

Пятнадцатый ход

Сложно себе представить, но у Демиургов тоже есть работа. Не очень понятная может быть простому обывателю вампирского сообщества, но определённо – не лёгкая. В первую очередь, любой Демиург выступает для своих последователей своеобразной батарейкой, накопителем сил и их преобразователем.

Вампиры, которые в течение нескольких веков регистрировали постоянный упадок магических сил, ещё этого в массе своей не заметили, но ситуация изменилась. Голод стал более послушным, не так сильно влиял на сознание вампира. Но что было гораздо более интересным – в мир стала возвращаться магия. И те древние заклинания, которые перестали действовать лет триста-четыреста назад окончательно, начали пробуждаться от древнего сна.

Общество Ночи ждало большие перемены. Её саму – сплошная головная боль.

Потому что Ночь была ещё и утешателем, и трактователем, и подсказчиком. А уж число вампиров, которые ругались её именем и благословляли – давно зашкалило за все разумные и неразумные тоже пределы. Кого-то из призывающих надо было осчастливить явлением, кого-то видением, кого-то случайной встречей. И всё ради того, чтобы мало-помалу начать выправлять баланс между людьми и вампирами, который был нарушен сразу же после того, как леди Ночь уснула в своей обители.

Иногда работа была достаточно рутинной, и Ната могла подремать в алтарной, отправив путешествовать по миру своё сознание. Иногда приходилось впрягаться в лямку и, выбрав одно из своих разнообразных тел, двигаться решать проблемы самостоятельно, ликвидируя последствия когда чужого любопытства, когда чужой глупости.

Самой нелюбимой частью в работе Ночи для неё были жаркие воззвания, когда вампир просил, а чего хотел – сам не знал. Если бы дело касалось людей, решение проблемы было бы на поверхности – к психиатру, психологу и никаких бед. А вот что делать в таком случае с вампирами – было для Наты загадкой.

Вот иногда и приходилось то спасать вампира, который боясь высоты, обнимался со шпилем Эйфелевой башни, то вытаскивать из ванны не умеющую плавать вампирессу, то вправлять мозги рыдающей по любимой собачке вампирессе-блондинке.

Жизнь казалась сумасшедшей, с какой стороны на неё не посмотри.

Именно поэтому больше всего Ната ценила покой башни мужа, где зов страждущих до неё просто не долетал. Без защиты и наставления детей своих она не оставляла. Несколько сгустков силы занимались тем, что делала Ната, следуя определённым наставлениям. А Ночь в часы отдыха занималась тем, что отслеживала только тревожные сигналы.

В такие минуты девушка занимала спальню или библиотеку и старательно избегала чужого внимания. Впрочем, у демонов была куча своих забот, поэтому, даже выходя в основной особняк, Ночь по-прежнему оставалась просто Натой. Не величественным Демиургом, а женой главного мага клана, которой не возбранялось предложить помощь, что изумляло неимоверно Ночь. А ещё – подкормить, этим страдали повара клана, ибо Ната всё время им казалось худенькой и прозрачной. Впрочем, как и почти все вампирессы.

Когда выпадали редкие минуты внепланового отдыха, Ната отправлялась к Дёму. Потому что не могла от него оторваться. Потому что не могла себе представить как жила раньше без него. И хотела видеть его, не прикасаться, не обнимать, не разговаривать, не мешать – хотя бы просто видеть. Наблюдать со стороны, пытаясь понять.

Для демиурга, не страдавшей до этого от любовной лихорадки такого масштаба, всё это было в новинку и в диковинку.

В этот раз Дёма она нашла в лаборатории, где он благополучно заснул носом в клавиатуру. А экран перед ним мерцал знакомой уже Нате «звездной пылью». Похоже муж опять забыл об отдыхе…

Подойдя к нему, девушка провела ладонью по шее Дёма, скользнула на плечи, начиная их разминать.