Аксис вздохнул и посмотрел на лес Безмолвной Женщины. Он не возражал, когда его отец с бабушкой и другие икарийские чародеи вылетели в лес раньше его. Опасности для икарийцев здесь не было: пусть посмотрят, хотя предосторожности ради Аксис отправил с ними три крыла Ударных Сил. Как ни странно, оба блюстителя — Огден и Веремунд — лишь пожали плечами, когда Аксис спросил их, хотят ли они войти в лес. Ответили, что в башню Безмолвной Женщины вернутся, но не сейчас. Раум из-под нависшего на лицо капюшона с тоской смотрел на лес, но и он отвернулся и покачал головой, когда Аксис спросил, не пойдет ли он туда прогуляться. «Позже», — вот и все, что сказал шаман.

Аксис медленно пошел к палатке. Чем ближе к Карлону, тем напряженнее становились отношения с Азур. Каждую ночь, завернувшись с Калумом в спальный мешок, она поворачивалась к нему спиной. Однажды, положив руку ей на плечо, Аксис прошептал:

— Не выгоняй меня из своей жизни, Азур, я не дам тебе уйти.

Она долго молчала, и Аксис подумал, что она притворяется спящей, но она вдруг заговорила:

— Мы прожили с тобой почти год, и каждый день я все больше в тебя влюблялась. Не вини меня. Я стараюсь привыкнуть к мысли, что потеряю тебя.

— Ты не потеряешь меня… — начал было Аксис, но Азур повернулась и посмотрела ему в глаза.

— Сколько бы ты ни уверял меня в своей любви, я потеряю тебя в ту же минуту, как умрет Борнхелд. Я знаю, ты оставишь меня ради Фарадей. Прости же, великий лорд, за то, что посмела пожалеть себя.

И, отвернувшись к Калуму, закрыла глаза, отказываясь отвечать на ласки и заверения в неизменной любви.

«Проклятие! — Аксис выругался и осторожно обошел стойки палаток. — Может, и лучше, если я ее отпущу!» Однако понимал, что сделать этого не сможет: слишком уж глубоко забралась она в его душу.

В середине ночи озеро Чаша начало медленно закипать. Поднявшийся с его поверхности темно-золотой туман поплыл к лагерю Аксиса.

Глубокой ночью Аксис открыл глаза. Долгое время лежал на спине, уставившись на темную брезентовую крышу. Прислушивался к ровному дыханию Азур.

Он не был уверен, спит она или бодрствует.

Наконец выбрался из одеяла и встал. Хотел было разбудить Азур — ему казалось, что-то странное должно случиться, но передумал. В последнее время она очень устала, пусть поспит.

Низко нагнул голову и откинул полог. Лагерь погрузился в темно-золотой туман. Странно. Может, все-таки он спит. Вышел из палатки и распрямился. Когда опускал за собой полог, в глаза сверкнуло золотом. Как странно! На нем золотая туника с кроваво-красным солнцем. Та самая, которую так долго шила ему Азур на горе Великого Когтя. Когда он ее надел?

Аксис только плечами пожал. Конечно же, он спит, а во сне чего только не происходит.

Пошел по лагерю. Костры погасли, лишь угольки дымились. Окружив палатку, принадлежавшую им с Азур, крепко спали алаунты. Ни одна гончая не шелохнулась, когда он проходил мимо, лишь при дыхании вздымались и опадали их бока. Стражники, как в самом лагере, так и по его периметру, смотрели прямо перед собой, однако казалось, что и они погружены в транс. Никто из них не окликнул Аксиса, когда он медленно пошел мимо них.

Аксис не взволновался: в конце концов, это сон.

Медленно, очень медленно Аксис шел вперед. Остановился возле палатки Велиара, заглянул внутрь. Велиар спал без задних ног. Рядом с ним — черноволосая молодая девушка, сопровождавшая войско Исгриффа. Красное шерстяное платье небрежно брошено на пол. Аксис усмехнулся. Видно, Велиар нашел женщину, которая вытеснила из его головы мысли об Азур.

Опустил полог и пошел к следующей палатке. Магариз, как и Велиар, лежал в обнимку с женщиной.