На самом деле, не очень, но мне понравилась идея иметь памятный альбом для нас двоих. Не уверена, что мне очень хочется помнить о моем жизненном опыте в средней школе — и я вряд ли забуду жизнь в качестве Адепта — но это будет только для меня и Скаут. Что-то, о чем можно будет вспомнить в старости… если мы проживем так долго.

— Хорошо, — произнесла я. — Давай попробуем составить этот список. Что ты хочешь в него внести?

Она постучала ручкой по подбородку.

— Думаю, первое, что в него войдет, должно быть чем-то значительным, понимаешь? Что-то, о чем мы обязательно вспомним позже.

— Магия огня? Звездная компашка? Жнецы?

— Все это подходит, но это настолько… банально. Для нас, я имею в виду. Но… нам нужно что-то покруче. Что-то получше.

— Оборотень? Убежище? Анклав?

Она покачала головой.

— Слишком специфично.

— Знаешь, я уже придумала название тому, чем мы ежедневно занимаемся. Сейчас я начну перечислять существительные в алфавитном порядке. Муравьед. Антилопа. Архитектура. Лавина. Останови меня, когда что-то навеет.

Должно быть, она что-то придумала, потому что начала яростно записывать. И когда она наконец показала мне страницу, там было перечислено все, что я упомянула. Но в верхней части списка ее корявым почерком было написано несколько простых слов, которые много значили:

«Лучшие подруги».

Я прикусила губу, чтобы снова не разразиться слезами.

— Хороший выбор, Грин.

— Знаю, — тихо ответила она. — Но в этом вся суть, верно? А теперь, — произнесла она, постукивая по бумаге, — давай займемся Адептами.

Через двадцать минут мы исписали три листа бумаги.

Глава 14

Уроки кажутся полнейшим отстоем, когда ты счастлив, когда стоит прекрасная погода, или ты хочешь оказаться на улице, занимаясь чем угодно, но только не учебой.

Но все становится гораздо хуже, когда у тебя депрессия. Когда тебе только и хочется, что сидеть в своей комнате, пялясь на телефон в ожидании звонка, который, скорее всего, даже не поступит. Чем больше ты ждешь звонка, тем тяжелее становится его ждать, время тянется медленнее. Чем медленнее становятся уроки, тем больше тебе хочется погрузиться в себя и сделать так, чтобы время шло быстрее.

Но, конечно же, этого не происходит. И Джейсон так и не позвонил. Не написал сообщение. Он вообще со мной не связывался, даже чтобы подтвердить, что мы точно идем на Тайный праздник.

Стояла полная тишина, и это сводило меня с ума.

Скаут думает, что раз он не звонит, то это хороший знак — что если бы он действительно хотел со мной расстаться, то уже сообщил бы мне об этом. Не уверена, что отсутствие новостей — это хорошо, но не похоже, что я могу с этим что-нибудь сделать. Я не собираюсь писать или звонить ему. Он меня бросил, а не наоборот. Я поддержала его, когда он рассказал мне, что проклят, и семья на него давит. Я могла бы сказать ему, что для меня это слишком драматично, что существует слишком большой риск, что позже я останусь с разбитым сердцем.

Но я этого не сделала. Я осталась.

Он ушел, потому что я получила информацию от Себастьяна. Не то, чтобы я не поняла, почему он разозлился, но в чем разница между тем, что я переписывалась с Себастьяном и тем, что Детройт установила камеру? Не особо большая, насколько я могу судить.