— Я тоже питал такую надежду. Я очень сожалею, что твой друг погиб в междоусобной борьбе Элдиса.

— Мы отомстим за него, — вмешался Калондериэль, — так же как и за всех остальных.

Его кошачьи глаза сверкали от гнева. Даже если война, на которую он направлялся, закончится через триста пятьдесят лет, он будет помнить имена всех убитых в ней эльфов. Недоброжелательность или оскорбления эльфы никогда не забывают и очень редко прощают. И хотя Адерин любил говорить о «внутренней доброте западного народа», эти разговоры очень беспокоили Невина.

— Я знаю, тебе не терпится встретиться с Джилл, — произнес Адерин. — Я только что видел ее, но сейчас она куда-то исчезла. Пойдем поищем ее?

Однако Невину пришлось повременить со встречей, потому что к ним подошел Слигин. Он выглядел как медведь, которого окружили охотничьи собаки.

— Послушай, Невин, я серьезно обеспокоен. Молодой Родри совершенно сошел с ума.

— Позвольте, господин! — улыбнулся Невин. — Сейчас я угадаю, какими иллюзиями юноша одержим. Он, наверное, клянется, что мы с Адерином оба связаны с двеомером, и что Адерин может превратиться в филина?

— Точно! И я… — Рот Слигина так и остался открытым, когда он понял, что Невин иронизирует. — Уж не хочешь ли ты сказать мне, что это правда?

— Именно это я и хочу сказать.

Слигин качал головой из стороны в сторону, по очереди глядя на них. Так медведь качается, когда собаки уже совсем рядом.

— Прах и пепел, чем же я провинился?! — взвыл Слигин. — Преодолеть этот проклятый путь только для того, чтобы прийти на помощь кучке сумасшедших? Даже серебряный кинжал клянется, что это сущая правда.

— Я думаю, он знает, что говорит. Придется продеть какой-нибудь глупый фокус, чтобы убедить тебя. — Невин оглянулся вокруг и увидел на траве ветку. — Вот смотри!

Невин призвал народ Огня, они тотчас же бросились выполнять его приказание и зажгли пламя на ветке. Слигин выругался. А потом опять сплюнул, когда Невин погасил пламя.

— Можешь потрогать ее, — заметил Невин. — Она горячая.

Слигин повернулся и побежал к башне, ни разу не оглянувшись. Двое эльфов громко рассмеялись, но Адерин оборвал смех, сказав им что-то на их языке. Они неохотно замолкли.

— Готовьтесь выезжать, — сказал Адерин. — Захватите и мою лошадь, хорошо?

Все еще улыбаясь, Дженантар и Калондериэль поспешили выполнить приказ. В этот момент Невин и увидел Джилл. Она стояла невдалеке и наблюдала за ним настороженно, как пугливый олень в лесу. Не дожидаясь, когда Адерин позовет ее, она подошла, не отрывая взгляда от Невина. Невин сразу узнал ее, несмотря на грязную мужскую одежду: ее лицо не было похоже на лицо Бранвен, но оно тоже было очень красивым. Он удивился тому, что она оказалась такой рослой.

— Здравствуй, Джилл, — завороженно произнес Невин. — Адерин только что говорил мне о тебе.

— Вот как? Что-нибудь хорошее, я надеюсь?

— О, да.

Невину хотелось сказать ей всю правду, используя свои возможности, сделать так, чтобы она вспомнила его; излить свое сердце; сказать, как он рад тому, что нашел ее снова. Но это было запрещено двеомером.

Джилл смотрела на него внимательно и серьезно.

— Послушайте, — наконец сказала она. — Мы не встречались раньше? На дороге или где-нибудь еще, когда я была ребенком?

— Нет, никогда.

— Тогда мне надо еще подумать. Очень странно. Я могу поклясться, что видела вас прежде.

Был момент, когда Невин чуть не заплакал.