Открыв глаза, Мэллори обнаружила перед собой мрачную стену. Она перевернулась на спину, но вид сверху был не лучше — грязный потолок и одинокая голая лампочка на шпуре.

Кинсейлли. Воспоминания о вчерашнем вечере воскресли в памяти, и она, приподнявшись в постели, откинула с лица спутанные волосы. Бесконечная дорога в темноте. Завывание ветра. Полуразрушенный замок.

Обнаженная широкая спина Торра, тепло его сильного тела…

На этом поток воспоминаний остановился. Мэллори нахмурилась. Что за глупости лезут ей в голову?

Пронизывающий холод… Она вряд ли могла забыть его и завывание бури в пугающей темноте. Удивительно, что ей вообще удалось уснуть. Затем она вспомнила, как Торр притянул ее к своему теплому твердому телу, и ее бросила в жар. Конечно, она испугалась, и ей нужно было как-то согреться. Торр ясно дал ей понять, что не собирается ее соблазнять, значит, все в порядке.

Не понимая, почему она думает о подобной ерунде, Мэллори высунула руку из-под одеяла, чтобы посмотреть на часы, и поморщилась. Она слишком долго спала, и в комнате по-прежнему было очень холодно. Сделав над собой невероятное усилие, она откинула одеяла и, встав с кровати, полезла в свой чемодан за еще одной парой носков и шерстяной накидкой. Не очень элегантно, но дойти до ванной сгодится.

Из кухни доносился аромат свежесваренного кофе, и Мэллори глубоко вздохнула. Он напомнил ей о ее любимом кафе, в котором она когда-то встречалась с друзьями. Теперь об этом можно только мечтать: в Кинсейлли нет ни уютных кафе, ни друзей.

При дневном свете кухня показалась ей даже более мрачной, чем вчера. Она была обшарпанной и грязной. Неразобранные коробки только усугубляли картину. Мэллори вздохнула.

Дверь кухни, ведущая на улицу, была открыта, и она подошла к ней, чтобы закрыть, но затем поняла, что это бессмысленно. Внутри было так же холодно, как и снаружи. Дождь прекратился. Мэллори, стоя в дверях, впервые оглядела окрестности своего нового жилища. За дальней стеной находился небольшой лес в углублении нависающей над замком горы, покрытой вереском. На ее вершине все еще белела снежная шапка. Ослабевший ветер гнал по небу облака. В прохладном свежем воздухе витал запах моря.

Торр стоял на каменной дорожке с кружкой в руках и наблюдал за Чарли, носившимся по огромному заросшему саду. Очевидно, ему здесь нравилось больше, чем в городском парке, которым ему прежде приходилось довольствоваться. Почувствовав присутствие своей хозяйки, он помчался к ней, громко лая и виляя хвостом.

Не удержавшись от смеха, Мэллори присела, чтобы погладить его. Радостно заскулив, пес начал лизать ей лицо. Поднявшись, она обнаружила, что Торр с улыбкой наблюдает за ними. Ее сердце замерло. В следующую секунду улыбка исчезла, словно ее и не бывало, и Мэллори подумала, что ей это померещилось.

— Доброе утро, — робко произнесла Мэллори. Причин для неловкости не было, просто она вдруг снова вспомнила, как лежала рядом с ним в постели, согретая близостью его сильного тела.

— Доброе утро. — Торр подошел к ней. — Вижу, тебе удалось немного поспать.

— Да, спасибо, — сухо ответила Мэллори. Она так глубоко спала, что даже не почувствовала, как он выпустил ее из своих объятий, и не знала, было это хорошо или плохо. — Ты давно встал?

— Не очень. — Кажется, Торр чувствовал себя так же неловко, как и она. — Я сварил кофе, а затем Чарли стал проситься на улицу.

— Похоже, ему здесь нравится, — сказала она, когда Чарли что-то унюхал и снова понесся в глубь сада.

— Да.

В воздухе повисло напряженное молчание.