Гном ковырялся в своих длинных голубых зубах, пока думал, затем пожал плечами и исчез. Очевидно, он тоже этого не понимал.

В конце дня Джилл одолела большой поворот и тут увидела справа ворон. Зловещие птицы внезапно поднялись из высокой травы, описали круг, а потом снова опустились на землю и продолжили пир.

Джилл предположила, что там лежит труп теленка, который родился слишком слабым и умер вскоре после рождения, или, может быть, коровы, которая заболела и умерла до того, как ее нашел пастух. И тут снова появился серый гном. Он схватил поводья костлявыми пальцами, сильно потряс, потом показал пальцем на ворон.

— Ты хочешь, чтобы я взглянула на это?

Он кивнул в большом возбуждении.

Джилл привязала Восхода к кусту у дороги и последовала за гномом к месту. При их приближении вороны взлетели, недовольно каркая, и устроились на ближайшем дереве, чтобы наблюдать за своим трофеем. В высокой траве лежал труп коня. На нем все еще оставались седло и уздечка. Кожаные ремни глубоко врезались в раздувшуюся плоть. Джилл обошла труп кругом. Однако вороны слишком хорошо потрудились над тушей, и девушка не смогла определить, как именно погибло животное. Ее беспокоили седло и уздечка. Если конь принадлежал боевому отряду и просто сломал ногу, то люди забрали бы седло и все остальное после того, как избавили несчастное животное от мучений.

Задержав дыхание, Джилл подошла поближе. На уздечке мигали серебро и драгоценные камни.

— Клянусь всеми богами и их женами! Кто бросил бы такое?

Гном ее не слушал. Он копался в траве, разводя пучки зелени обеими руками и просматривая все вокруг. Его маленькое костлявое личико сморщилось от напряжения.

Наблюдая за ним, Джилл поняла, что прежде это место раньше обыскивал кто-то еще, потому что трава была сильно притоптана и сорвана в нескольких местах вокруг трупа животного.

Когда она подошла к гному, ее внимание привлекло мигание золота. Это был браслет, который носится выше локтя, — изысканное изделие из чистого золота, украшенное спиралями и розетками. Прежде Джилл никогда не видела подобные украшения, однако она знала, что такие вещи любили великие воины Времен Рассвета. Вероятно, перед ней была чья-то фамильная драгоценность, которая на протяжении столетий передавалась из поколения в поколение. Такая вещь бесценна. Джилл взвесила браслет в руке. Казалось, он почти ничего не весит, хотя выглядел массивным.

— Эй, ты случайно не это ищешь?

Гном смущенно прищурился и подошел к ней. Затем дотронулся до браслета одним пальцем, обнюхал его длинным носом, внезапно улыбнулся и исполнил короткий победный танец.

— Отлично. Мы возьмем его с собой.

Гном кивнул и хлопнул в ладоши.

— Но почему он такой легкий? Это на самом деле странно. По ощущениям он больше напоминает дерево, чем золото.

Казалось, этот вопрос поставил гнома в тупик. Затем он пожал плечами и исчез.

Убирая браслет в седельные вьюки, Джилл раздумывала над тем, кто убил коня и что случилось с наездником. Вероятно, следует попытаться снять уздечку, решила она, если, конечно, ей удастся выдержать вонь. Один из местных лордов должен опознать такой великолепный предмет. Если Джилл доставит уздечку, то, возможно, получит награду.

Внезапно она почувствовала предупреждение двеомера — холодок пробежал у нее вниз по позвоночнику, словно кто-то погладил ее по спине холодной влажной ладонью.

Здесь таилась какая-то опасность, что-то находящееся далеко за пределами ее понимания, но Джилл ощущала эту опасность так же определенно, как запах мертвого животного. Она решила не снимать уздечку, поскорее села на своего коня и быстро поскакала прочь.

В этот день она проехала много миль прежде, чем разбить лагерь, но едва ли спала той ночью, постоянно просыпаясь от тяжелых сновидений и прислушиваясь к ночным звукам.