Мужчина успел поднять оружие и заблокировать удар, одновременно уходя в сторону. Девушка вытащила топор и с диким криком набросилась на сектанта, вынуждая его отступать.

Гарольд жадно хватал ртом воздух. Лёгкие словно горели, не в силах сделать вдох. Он видел, как Йона, словно прекрасная дева войны, кинулась на врага с топором, но чернорясник играючи уходил от ударов. Следопыт не мог остаться в стороне.

Тяжёлый рубящий удар, и сектант мог бы уже валяться в луже собственной крови, но вот он уже совсем в другой стороне. Мельник призвал на помощь всё своё мастерство, понимая, что встретил хорошего бойца.

Клинки звенели и лязгали, высекая искры. Каждый удар Гарольда либо уходил в пустоту, либо грамотно принимался на гарду, чтобы не щербить сталь. Стремительные контратаки чернорясника заставляли супругов защищать друг друга. Неофит таращился на схватку, сидя в кустах.

Мельнику пришлось уйти в глухую оборону, когда его стали прижимать к воде. Атаки следопыта становились всё яростней, но ещё ни разу не достигли цели. Зато Мельник смог нанести ему несколько неглубоких порезов. Рукав пропитался кровью, и сектант довольно улыбнулся. Скоро противник начнёт слабеть.

Деревянное топорище украсилось длинной трещиной, и девушка больше не пыталась принять на него удар. Вместо этого Йона отступала и мгновенно возвращалась в сечу. Сектант успешно сражался против двоих, и если бы второй чернорясник отважился вступить в бой, то битва не продлилась бы долго.

Гарольд увидел, как противник мощным пинком повалил Йону на землю, готовясь нанести ей последний удар, и с диким воем бросился в атаку. Дикарка своевременно откатилась, и меч вонзился в грязь, а не в её шею. Взмах клинка, и вражеский меч так и остался торчать из земли. Вместе с рукой Мельника.

Он прижал окровавленную культю к груди, не веря в своё поражение. Тёмная кровь толчками выплескивалась из раны, и Мельник спешно замотал её остатками рукава. Гарольд приставил холодную сталь к горлу противника.

— Есть что сказать напоследок? — спросил он.

— Мы всего лишь хотели сделать мир лучше, — вздохнул сектант, чувствуя, что сегодня гибели не избежать.

— У вас не вышло. За Максимиллиана, — бросил Гарольд, одним движением рассекая хрупкую плоть.

Мельник с хрипом и бульканьем повалился на землю, орошая чёрную грязь кровью. Послушник дрожал, сидя в кустах. От страха он даже не пытался убежать.

— Подойди, — приказал ему следопыт.

Чернорясник вышел на трясущихся ногах и упал на колени возле трупа.

— Это же Мельник... — дрожащим голосом произнёс он, не в силах поверить в смерть могущественного учителя.

— Кто?

— Один из Девяти... — парень погрузил пальцы в кровь убитого. — Владыка...

— Демоны тебя раздери, ты не мог раньше сказать!? — разъярился Гарольд. — Йона, мы сейчас могли вообще всё узнать! Твою ж мать!

— Успокойся, — тяжело дыша после схватки, сказала девушка. — Может, он нам что-нибудь расскажет?

— Как вы сюда попали? — поигрывая клинком перед лицом сектанта, спросил Гарольд.

— Тоннель под замком прошли, здесь вылезли, — не стал таиться неофит.

— Другие выходы есть? — следопыт нетерпеливо пощёлкал костяшками.

— Наверное, там ещё тоннель был.

— Показывай, — приказал следопыт.

Сектант испуганно покачал головой.

— Люк закрылся.

— Показывай! — прикрикнул Гарольд, пинком придавая ему ускорение.

Парень живо нырнул в кусты, и следопыт последовал за ним. Чернорясник разгрёб опавшую листву.

— Вот, где-то здесь был, — сказал парень.

Гарольд внимательно осмотрел почву. Бугристый дёрн и сухая трава, совершенно обычная земля.