Мирон тихо шикнул на соратника.

— А ты смышлёный, — хохотнул Влас. — Как тебя зовут?

— Не твоё дело, — ответил следопыт.

— Я тебя и так знаю, "Не твоё дело". Звать тебя Гарольд, и ты треклятый охотник за призами, — нахмурился бандитский вожак. — Сколько взял наших в этом году?

— Больше, чем тебе хотелось бы, — фыркнул следопыт. — Жаль только, за тебя ещё награду не объявили. Может, пару медяков за твою башку сторговал бы.

Мирон дёрнул его за рукав, пытаясь утихомирить Гарольда. Бандит только расхохотался в ответ на дерзкие речи.

— Твоя башка тоже немногого стоит. Хотя некоторые товарищи страстно хотят её заполучить. Над камином повесить, как трофей. Не побоишься на штурм с нами пойти? — улыбнулся одними губами Влас.

— Пусть сектанты боятся, — ответил Гарольд.

— Это верно! — снова рассмеялся бандит. — Не представляешь, какие убытки я понёс из-за этих ублюдков. За всё время ни одного каравана! Наркоту почти не берут, денег ни у кого нет, на ставки тоже никто почти не тратится! Колоссальные убытки!

При упоминании караванов Мирона передёрнуло как от мороза.

— Я бы эти убытки хотел возместить. Из их казны. Ну и ребятам часть придётся раздать, за труды, — заявил Влас, на клочке пергамента что-то царапая. — Вот столько, не меньше.

На записке красовалась сумма, которую повстанцы не могли даже представить. Гарольд присвистнул от удивления и наглости бандита.

— Золотом? Столько даже на телеге не увезти, — хмыкнул следопыт. Мирон скрипнул зубами и хрустнул костяшками пальцев.

— Это уже не мои проблемы, — осклабился бандит. — Кстати, не помешал бы аванс и кое-какие гарантии. А то мало ли, что во время штурма произойдёт.

— Гарантии? — просипел Мирон.

— Гарантии. Заложники будут идеальным вариантом. Можно даже с обеих сторон, если вы не доверяете моему честному слову.

Следопыт расхохотался в голос.

— Твоё честное слово гроша ломаного не стоит.

— Тогда обменяемся заложниками? — ухмыльнулся Влас.

Гарольд поглядел на растерянного Мирона. Похоже, дипломатия — это не его стезя. Командир ополчения задумчиво чесал бороду.

— Кого оставим? — шепнул он Гарольду на ухо.

— Понятия не имею, — ответил тот.

— Заложники должны быть ценными! — напомнил бандит. — Я вот, готов отдать вам свою собственную дочь. Родную дочь отдаю!

— Может, Фриду тогда оставим? — чуть замявшись, спросил Мирон.

Следопыт молниеносным движением взял его за грудки и потянулся за ножом, но оружие отобрали на входе. Пришлось угрожать одним лишь кулаком.

— Я скорее тебя оставлю, чем Фриду, — прошипел Гарольд. — Аптекаря оставь, он всё равно бесполезен для битвы!

— Совещайтесь быстрее, меня ждут дела, — равнодушно произнёс главарь.

— Мы оставляем аптекаря! — выпалил следопыт, не дождавшись ответа от Мирона.

— Бергтера здесь многие не любят. Бизнесу мешает. Его прирежут по-тихому, и мою дочурку тогда тоже. На такой обмен я не согласен, — отмахнулся Влас.

— Обмен будет сейчас проходить или перед штурмом? — спросил Мирон.

— Перед штурмом, у всех на виду, — подтвердил бандит. — Чтоб никаких сложностей не возникло.

— Тогда мы найдём кого-нибудь достаточно ценного, чтоб ты согласился, — сказал Мирон. — До скорой встречи.

Лессан дю Фрон уже несколько раз обошёл замок, выискивая слабые места. Задача стояла непосильная, проникнуть внутрь таким образом, чтобы ни та, ни другая сторона ничего не заподозрили.