Максимиллиан не вполне понимал, что за суматоха поднялась в коридоре. Его разбудил топот шагов, и стройная женская фигурка промчалась мимо камеры.

— Да чтоб тебя демоны унесли! Зачем ты вообще припёрлась!? — кричал ей вслед узник из камеры напротив. Решив, что они оба обречены, сосед признался торговцу, что это он сдал его, попытавшись выручить денег, но сам оказался в темнице. Максимиллиан чуть не лишился разума от ненависти, когда это узнал, но ничего не мог сделать.

— Макс! — позвала девушка, и толстяк с удивлением узнал голос. Фрида. Она его не бросила. На глаза немедленно навернулись слёзы от нахлынувших чувств.

— Я здесь, — едва слышно откликнулся он, и его голос потонул во множестве голосов.

— Макс! Где ты!? — чуть не плакала Фрида. Если всё оказалось тщетно, то и ей не миновать виселицы.

— Нет здесь никакого Макса! — выкрикнул сосед-предатель, усмехаясь своей маленькой победе.

— Заткнись, пока я не выпустила тебе кишки, бандит, — разозлившись, прорычала она, подойдя вплотную к его решётке.

— Фрида... — слабым голосом позвал толстяк, и девушка услышала.

Она обернулась на зов и задрожала от ярости. Чернорясники заплатят вдвойне за то, что сделали. Узнать Максимиллиана в этом окровавленном мешке костей было почти невозможно, но голос не подделать. Фрида быстро открыла ржавую решётку и опустилась на колени рядом с другом. Из груди вырвались рыдания.

— Уходи... — прошептал торговец.

— Нет, нет, нет, нет! — хрупкая девушка попыталась поднять тяжелое тело, но не смогла и сдвинуть с места. Толстяк только глухо застонал от боли.

— Никак не помочь... — вздохнул Максимиллиан. — Лучше добей...

— Нет! — в слезах вскрикнула Фрида.

— Тогда уходи... Скоро сюда придут...

Захлёбываясь от рыданий, Фрида встала и подняла меч. Максимиллиан вздрогнул, готовясь расстаться с жизнью. Так было бы лучше и достойнее, чем быть повешенным на площади перед толпой.

— Прости, — всхлипнула она, ещё больше заливаясь слезами.

Клинок с лязгом ударил по соломе, вонзаясь в щель между камней. Девушка выбежала из камеры, торопясь скрыться до того, как вернётся второй стражник. Она промчалась по лестнице, не разбирая дороги, и снова попала в запутанные коридоры.

Фрида шла, размазывая слёзы по щекам и проклиная себя за бессилие. Своим малодушием она обрекла друга на ещё большие страдания. Хотя мало что могло сравниться с тем, что он испытал.

Максимиллиан лежал на холодном полу и улыбался. Она его не бросила. Его не забыли.

Глава 11

Грязь налипала на сапоги серыми комьями. Сухой южный ветер принёс за собой резкую оттепель, и теперь Гарольд шёл, постоянно матерясь и перепрыгивая через лужи, присыпанные талым снегом. Йона деликатно обходила грязные места, едва поспевая за следопытом, который торопился поскорее прийти в город.

Мариград уже виднелся на горизонте, окутанный дымом печных труб. После свежего лесного воздуха обострённый нюх издалека чуял вонь сточных канав.

— Вот, это Мариград. Жалкий городишко, но по эту сторону гор других пока нет, — буркнул следопыт, указывая вдаль.

— Большой, — удивилась дикарка.

— Не очень-то. На западе сёла побольше бывают.

От этих слов девушка удивилась ещё больше, пытаясь представить село таких размеров.

Предместья встретили их необычайной тишиной. Ещё месяц назад здесь кипела жизнь, помнил Гарольд. А теперь между приземистыми крестьянскими домиками гулял только ветер.