К тому моменту, как шприцеобразное устройство сработало, все четверо мужчин на лестничной площадке пребывали в состоянии полной боевой готовности к дальнейшим активным действиям.

На передних подступах к двери ожидал Скворцов. Замер, нелепо расставив руки, растопырив пальцы, будто готовился прыгнуть через костер — и вроде бы не смертельно, но все равно страшновато. На полшага сзади встал Ястреб с пистолетом в руке. Возле дверного косяка притаился, вжавшись спиной в стену, Кречет, тоже с пистолетом на изготовку. Оружие с резиновыми пулями Акела только что извлек из спортивной сумки с бандитским скарбом, болтавшейся у него на плече. Дал один пистолет Ястребу, другой бросил Кречету после того, как тот активизировал взрыватель и отшатнулся от двери, третий пистолет, на всякий случай настоящий, стреляющий свинцом, оставил себе и занял позицию позади Ястреба.

Взрыватель сработал. Глухой низкий звук. Бабахнуло не громче новогодней хлопушки.

— Пошел! — Ястреб сильно толкнул Виктора в спину.

Тот не ожидал толчка, споткнулся, налетел на дверь всем телом, едва успев выставить вперед ладони с растопыренными пальцами.

Дверь распахнулась. Виктор чудом устоял на ногах, чуть не рухнул головой вперед в темноту прихожей.

Грохот выстрела оглушил Скворцова. В квартире был человек, и этот человек открыл огонь по непрошеным гостям, как только отворилась взломанная ими дверь...

Глава 7

Кошачье сердце

Рысь выбралась из подземных коммуникаций на поверхность через четыре часа после убийства Вампира.

Оказавшись в полной темноте рядом с трупом наемного убийцы, Раиса Сергеевна в первую очередь обследовала его карманы. Нашла связку ключей, пилочку для ногтей и пригоршню мелочи. Всю эту скудную добычу она рассовала по карманам и отправилась искать выход из подземелья.

Темень вокруг стояла кромешная, о том, чтобы разглядеть на стене указующие стрелки, те, что нарисовал предусмотрительный Вампир, нечего было и думать. Самой стены и той не видно. Она шла как слепая. Только вместо палочки для незрячих у нее был автомат. Но автомат был короток, и ощупывать им дорогу перед собой не представлялось возможным. Единственное, что она могла, — тыкать автоматным стволом в стену, что тоже было немало. Глушитель на конце автоматного ствола то и дело проваливался в пустоту, и это свидетельствовало, что она дошла до очередного перекрестка подземного лабиринта. Конечно, ощупывать стены можно было и руками, однако стенки не отличались чистотой. Многие, пожалуй что большинство, оказавшись на месте Рыси, рвались бы к выходу, ни на секунду не задумавшись о том, в каком виде выйдут на поверхность. Раиса Сергеевна хотела выйти максимально чистой и опрятной. Грязную, перепачканную, похожую на бомжиху, ее мог задержать случайный милицейский патруль. Вероятность минимальная, однако она пыталась учесть и ее. Наверху ее ждала работа, причем работа жизненно важная для нее, точнее, самая важная в жизни: ей предстояло вернуть сына.

Рысь была уверена, что выход где-то рядом. И поведение Вампира перед смертью, и его слова, что идти осталось недолго, сказанные без запинки, машинально, — все свидетельствовало о близости выхода. (Точнее, входа в подвал жилого дома, в своеобразный коридор между миром подземным и миром земным.) Она искала выход, руководствуясь строгой схемой. От ближайшей развилки делала определенное количество шагов в одну сторону, затем возвращалась и делала то же количество шагов в другую сторону. В поисках единственно верного пути помогала грязь на полу. Она хорошо помнила чистые ботинки Вампира, между тем под ногами у нее то и дело хлюпала вонючая жижа.