Рысь вскочила со стула, вытянулась в струнку.

— Есть соблюдать субординацию, товарищ капитан!

— Отставить!... Правильный тебе псевдоним присвоили — Рысь. Никогда не знаешь, что выкинешь в следующую минуту. Одно слово — кошка дикая... Садись... Вернемся к делу. Итак, рукопашка на сегодняшний день сохранилась в полном объеме только в нашей с тобой родной ВЧ. И знаешь, чего чекисты надумали?

— Догадываюсь.

— Догадаться нетрудно. Они хотят заменить рукопашку «системой» повсеместно. По-все-мест-но! Поняла?

— Поняла.

— Вот мы и трепыхаемся. Пишем справки в ЦК, пытаемся устроить показательные соревнования...

— Пытаетесь?!

— Да можно сказать, уже устраиваем. Через неделю приедет комиссия, ее организовал наш кадровый товарищ, не буду называть звания и фамилии, имеющий счастье быть зятем товарища из международного отдела ЦК. Там в этой комиссии штабные генералы, милицейские полковники, чекисты — не без них, конечно, и еще много разного народа, в погонах и без. Решено сводить их всех для начала в тир, а потом — на штурмовую полосу. Твой Сашка Полторак уговорил устроить показуху — скорострельный огневой контакт на сверхмалой дистанции, сразу же по прохождении курсантами штурмовой. Потом — баня, ужин на полянке, все как у людей, ну а ближе к вечеру начнется основная часть — серия боев, «система» против рукопашки. Это наш последний шанс сохранить рукопашку, Рысь.

— Я участвую в основной программе?

— В первой паре работает лейтенант Полторак, ты идешь вторым номером. Против кого будешь работать — секрет даже для меня. В одном уверен: чекисты выставят достойного бойца.

— А они знают, что второй номер — женщина?

— Девушка! Молодая, стройная, комсомолка, красивая, зеленоглазая, с виду безобидная... Нет, они не знают. Хотя ручаться не стану.

— Отлично. Я готова.

— Неделю перед схваткой приказываю отдыхать.

— Слушаюсь.

— И вот еще чего... Работать придется не в полный контакт, только на болевое удержание. Отдыхай-то ты, конечно, отдыхай, но пару подходов к «мясу» в свете предстоящего боя не поленись сделать.

— Так точно, сделаю.

— И последнее. Под отдыхом я разумею конкретно отдых, а не беготню на свиданки с Сашкой Полтораком.

— Не поняла?!

— Остынь, кошка, я пошутил... Ишь как кулачишки-то сжала, аж оторопь берет... Если честно, дочка, я рад за тебя, Сашка — отличный хлопец...

Молодая Рысь глубоко вздохнула, а выдохнула уже постаревшая, но сохранившая прежний зеленый огонек в кошачьих глазах Раиса Сергеевна. Она вздохнула еще раз, жадно и с удовольствием, как в те годы молодости, когда она торпедой взрезала поверхность бассейна, просидев медузой на кафельном дне обязательные две минуты. Головная боль ушла, сердце работало исправно, кризис миновал. Она взглянула на часы и изумилась — чтобы восстановиться после сердечного приступа, ей понадобилось два часа! Раньше уходило минут двадцать, максимум час...

Раиса Сергеевна завела машину, уговаривая себя соблюдать аккуратность, вывела ее со двора и взяла курс сообразно с тем адресом, который выведала у «языка».

Она вела автомобиль на предельно допустимой для города скорости, понимая, что прошедших двух часов все равно не наверстаешь, но не в силах была заставить себя ехать медленнее.