— И еще ответьте на пару моих вопросов, — снова перебил Вова.

— Каких еще вопросов?

— Очень простых. Кого сейчас в вашу медицинскую обитель доставил Шопов?

— Я не понимаю вас, Шопов — ваш кадр, из вашей же банды, все тридцать палат уже оплачены Евграфовым, так зачем же вам...

— Рашид Владленович! Мне надоело вас постоянно перебивать. Вам и не нужно ничего понимать. Ответьте на вопрос, и все, остальное не ваше дело.

— Хорошо... — Доктор осунулся. Он был подавлен. Когда привык быть главным, тяжело подчиняться безропотно и беспрекословно. — Шопов привез двоих. Женщина — Поварова Раиса Сергеевна. Жалобы на острую боль в сердце. Полагаю, боли у нее неврастенического характера. Кардиограмму мы уже сняли, патология налицо, но это хроника, ничего острого.

— А мужчина?

— Скворцов. Ему дали таблетку, он спит.

— Кто дал? Что за таблетка?

— Дал Шопов, примерно час назад. Таблетка К-64. Фармакологическая разработка военных. Ее иногда называют «таблеткой памяти».

— Не понял?

— Вы, Владимир Владимирович, можете вспомнить в подробностях, к примеру, о чем вы вчера вечером беседовали с приятелем по телефону? Подробно, вплоть до каждого слова?

— Дословно не смогу.

— А мозг ваш помнит все до последнего слова. Так вот, К-64 активизирует полушария мозга и...

— Ясно. Я могу сейчас переговорить со Скворцовым?

— Исключено. Он спит. И проспит еще часов десять кряду. Таково остаточное действие препарата.

— Так помогите ему проснуться!

— Теоретически я могу попробовать, но это рискованно.

— Всю ответственность я беру на себя.

— Да? — Рашид Владленович грустно улыбнулся. — И под суд за непреднамеренное убийство тоже вы пойдете?

— Он что, может скончаться, проснувшись чуть пораньше?

— Чтобы он проснулся ненадолго, мне придется ввести ему кое-какой препарат, понимаете? А если он, не дай бог, диабетик или аллергик, то...

— Будем надеяться, что он здоров. Рискнем.

— Пишите расписку.

— Какую расписку?

— Пишите, что вы меня принудили работать со Скворцовым и знаете о вероятных последствиях.

— Договорились. — Вова поднялся с кресла. — Вы идите к нему, а я пока устроюсь за вашим столом и все обстоятельно распишу, обещаю.

— Я бы хотел скачала получить расписку.

— Помилуйте, Рашид Владленович! — Вова расплылся в улыбке, обнажив розовые десны и редкие кривые зубы. — Мы же с вами интеллигентные люди, что ж вы так, право... Где у вас можно отыскать листочек бумажки?

— Вот, с краю стола, бумага, авторучку я сейчас дам.

— Это лишнее, авторучка у меня своя. Идите уже, Рашид Владленович...

Вова испытал неописуемое наслаждение, когда высокий и статный Рашид Владленович уступил ему свое начальственное кресло и, пряча глаза, сгорбившись, покинул кабинет, словно простой проситель-посетитель.